Отец усмехнулся.
— Очень точная формулировка, Фёдор Владимирович. Действительно, для артефакторов стихия воздуха — больная мозоль. В отличие от земли и огня, например.
— А экзамен на девятый ранг требует мощных, широких потоков, — кивнул Барсуков. — Быстрого переключения между стихиями. Одновременного контроля всех четырёх. Переключение масштаба — вот в чём главная проблема на высоких рангах.
Василий согласно кивнул.
— Именно. Я это понимаю.
Барсуков поднялся из-за стола.
— Мне нужно оценить текущий уровень подготовки. У нас здесь есть защищённый зал, где можно провести полноценную тренировку без ограничений. Посмотрю ваш текущий уровень, определю слабые места. Потом составим программу.
Мы покинули кабинет, Милютин повёл нас к тренировочному залу. Барсуков объяснял на ходу:
— Здесь вы сможете отвести душу в полную силу. Зал защищён усиленными барьерами — выдерживает магию девятого ранга. А мне как раз нужно увидеть ваш текущий максимум.
Барсуков обернулся ко мне.
— Александр Васильевич, вы можете наблюдать со второго яруса. Там галерея для наблюдателей, безопасная и с хорошим обзором.
Отец с инструктором подошли к массивной двери в конце коридора. Толстая сталь, покрытая контурами защиты — отличный артефакт! Барсуков приложил ладонь к панели рядом с дверью. Печати вспыхнули ярче, опознали владельца. Замки щёлкнули. Дверь медленно открылась
Василий заглянул внутрь и тихо охнул.
Мы с Милютиным и Штилем поднялись по лестнице на второй ярус.
Галерея шла вдоль всей стены, и отсюда открывался вид на весь тренировочный зал.
Под нами раскинулось просторное помещение с высоким потолком. Пол, стены, потолок — всё пространство было пронизано защитными артефактными контурами. Оборудовать такой зал стоило целое состояние, но «Астрей» мог себе это позволить. В конце концов, ценник у них местами был негуманный.
Василий снял пиджак и остался в рубашке. Барсуков вышел в центр зала.
— Начинаем, Василий Фридрихович.
Глава 17
Барсуков и Василий вышли в центр зала на расстояние примерно метров десять друг от друга — стандартная дистанция для тренировочного магического боя.
Я затаил дыхание на галерее. Штиль стоял рядом, скрестив руки на груди. Милютин облокотился о перила — видимо, не впервые наблюдал за тренировками Барсукова.
Инструктор кивнул отцу.
— Начинаем с земли. Готовы, Василий Фридрихович?
Отец принял стойку — ноги на ширине плеч, руки свободно опущены, спина прямая.
— Готов.
Барсуков с самого начала не стал церемониться.
Резкий взмах рукой — и каменные шипы вырвались из пола. Они выросли мгновенно, метровой высоты, острые как копья, и помчались к Василию волной.