— Локальный компьютер чист, — доложил Хеймдаль. — Теперь серверы.
Бертельс оказался не совсем безнадёжен в плане цифровой гигиены — хранил резервные копии на домашнем сервере. Правда, пароль от сервера был «nikolai1965». Хеймдаль даже не стал комментировать — просто вошёл, нашёл папку «Backup_Проект» и стёр.
Затем пошли облачные хранилища. Бертельс синхронизировал туда презентацию — видимо, для доступа с разных устройств. Хеймдаль вычистил файлы отовсюду. Потом — электронная почта. Сервер его фирмы — копия презентации в общей папке. Удалена.
Наконец, Хеймдаль откинулся на спинку кресла, размял пальцы.
— Готово. Всё удалено.
— Проверь ещё раз.
Хеймдаль проверил. Каждый источник, каждое хранилище, каждый уголок цифрового мира Бертельса.
— Подтверждаю. Проект Николая Евгеньевича Бертельса больше не существует в цифровом виде. Нигде.
Я встал.
— Отличная работа, Артём.
Хеймдаль допил энергетик, смял банку и точным броском отправил её в мусорную корзину.
— Наверняка он обнаружит масштаб катастрофы только утром, — усмехнулся он. ≈ Паника будет эпической.
— У него целых четыре дня до презентации. Пусть побегает. Я же не изверг — дал ему шанс, не снёс всё в последний день…
— А если у него есть бумажные копии? Эскизы, чертежи?
— Наверняка, — кивнул я. — Бертельс — ювелир старой школы, бумагу уважает. Но без электронной презентации, без рендеров, без детальных расчётов и смет его шансы падают резко. Плюс психологический удар. Человек просыпается утром — а вся работа исчезла. Это не просто потеря файлов. Это потеря контроля. Потеря уверенности в собственной безопасности. Такое выбивает из колеи даже крепких людей. А Бертельс — натура нервная. Пусть теперь попляшет.
Хемдаль поправил очки на носу.
— Что ж, Александр Васильевич, ссориться с вами опасно…
— Я лишь отвечаю на удар. Спасибо, Хеймдаль. Я у вас в долгу.
— Всегда рад помочь, — откликнулся он. — Заходите ещё.
Мы со Штилем поднялись из подвала, вышли на улицу. Ночной воздух обжёг лёгкие — мороз крепчал. Штиль молча открыл дверь машины.
— Теперь точно домой, — сказал я, садясь.
Машина тронулась.
Бертельс получил по заслугам. Хотел играть грязно — получил ответ. Не поджог, не нападение, не мёртвый камень в подушку. Элегантный, точечный, хирургический удар. Око за око, информация за информацию.
Через четыре дня — презентация. Драконье яйцо против того, что останется от имперского дворца.
Мне нравились наши шансы.
Глава 27
Утро выдалось тихим.
Я сидел в мастерской на первом этаже, проверяя финальную версию электронной презентации. Двадцать пять слайдов. Картинки рендера проекта — чёткие, контрастные, каждая чешуйка отчётливо читалась. Технические характеристики, смета, культурная экспертиза профессора Ремизова…