С каждым «н-на» раздавался чмокающий звук и рык Игрэйна, причем уже не угрожающий, а, пожалуй, что, даже жалобный.

А самое главное, что его соратников, которые поначалу нашу фею за безобидную дурочку приняли, все случившееся из колеи изрядно выбило, они уставились на то, как Давид с крыльями уничтожает закованного в железо Голиафа, и тем самым подарили нам еще пяток секунд, которые так много решали в настоящий момент, тем более что защищающие нас клети-вьюнки скоро должны были исчезнуть.

— Ребята, да убейте ее! — завопил Лютый отчаянно — Она меня… Это страшно! Я не выдержу же!

Лучники, замешкавшись, уставились на мага, который перед началом схватки толкал речь, тот кивнул, но время было потеряно и на них навалился Гуго Железнолап, размахивая своей секирой. Шеркон со Славом в тот же момент сцепились с воинами, здоровье которых, к чести наших лучниц, было уже более-менее расшатано, ну, а остальные кинулись на магов, которые явно не ожидали, что события развернутся таким образом. Да, нас было трое против пяти, но в данном случае численное преимущество нивелировалось разницей в количестве имеющихся у каждого из нас запасов жизненной силы.

Первого мага, похоже, самого дохлого из всех, зарубил Вахмурка, причем сделал он это до невероятного быстро, управившись ударов в пять-шесть. Хотя оно и ясно — гномы изначально сильны, да у моего старого приятеля почти сотый уровень и не самая простая секира.

Торин тоже не терялся, он орудовал своим боевым молотом с такой легкостью, будто тот являлся пушинкой, причем он гонял им сразу трех магов. Да, не каждый удар достигал цели, но уж если такое случалось, то мало противникам не казалось. Плюс они толком сосредоточится не могли, а для них это подобно смерти.

Ну, а я своей целью выбрал предводителя группы. В конце концов, я сам лидер, потому кому, как не мне, с ним в зарубу влезать?

И да, этот тощий товарищ, конечно, свое дело знал. Он грациозно двигался, уходя от выпадов и, что совсем уж скверно, время от времени жалил меня уколами магии. Нечто серьезное, такое, что меня на месте прибьет, вроде приснопамятной гигантской мухобойки, я ему сотворить не давал, тут даже матерому чародею требуется хоть десять секунд для концентрации, но вот «огненные ножи» и «кислотные пчелы» на мою долю выпадали. И, что скверно, потихоньку, помаленьку уменьшали мое здоровье, ибо вода камень точит.

— Аааааа! — донесся до нас очередной страдальческий вопль Игрэйна — Ребята, извините, я больше не могу! Не мо-гу!

Что именно он имел в виду, я понял через пару секунд, когда Трень-Брень торжествующе заорала: