Вот так — всей толпой — наложницы, служанки, лекарь — мы и ввалились в покои господина. Кстати, тому уже прям заметно полегчало. Хотя стоило нам войти, как его глаза стали огромными и челюсть едва не упала на пол. Образно, конечно. Но рот он приоткрыл. И выдал нечто, похожее на «эээ».

— Как Вы, господин? — подошла к нему одна из наложниц, приглядываясь, но не касаясь.

Оно и верно. Нечего его трогать. У меня вон до сих пор в месте его касаний кожа горит. Наверняка что-то подцепила уже.

И вот почему-то, хотя у неё явно были хорошие намерения, мне совсем не понравилось, что она к нему так близко. Захотелось самой заботиться об умирающем. И даже, возможно, выпроводить их всех отсюда. Вот буду сидеть у его постели одна, вытирать платочком лобик, подавать стакан воды…

Ой, мысли какие-то странные в голову лезут.

— Дыхание восстановилось, ничего необычного не вижу, — хмурился лекарь, тоже разглядывая «умирающего». — Боли есть?

Драконище сначала отрицательно качнул головой, а потом нахмурился так недобро:

— А что тут происходит вообще?

Наложницы наперебой начали рассказывать, как сильно за него испугались, как переживают за своего хозяина, как молятся всем драконьим богам за его здоровье и долголетие.

— Это чудесно, — он прервал балаган одним резким взмахом руки, а потом грозно посмотрел на меня. — Ты зачем их всех привела?

— Не виноватая я, они сами пришли! — возмутилась.

Мне вообще только лекарь нужен был, кто ж виноват, что за ним весь гарем увязался⁈ Тем более, я же из благих побуждений! Помочь хотела! А он… Да и кто виноват, что у него в гареме столько невольниц? Было бы двое, двое бы пришли. А то едва поместились все в этой комнате. Как кильки в бочке.

— Девушка сказала, Вы задыхаетесь, господин, помрёте вот-вот… — сдал меня с потрохами лекарь.

— Яяяяя⁈ — глаза дракона снова полезли на лоб.

И разве это говорит о его здоровье? Явно же что-то не так с ним. Точно есть отклонения.

— С чего бы я должен умереть⁈

— Так недуг же у Вас, — напомнила я услужливо, отодвигаясь ближе к двери.

Что-то во всей этой ситуации явно было не так. Ускользала какая-то важная мысль из моей головы. Понять бы, какая именно. Но пока интуиция подсказывала, что сейчас меня будут бить. За что — уже не было столь важно. Драконище был зол так, что у него разве что пар из ушей не шёл. И стал только злее, когда заметил, двинувшись ко мне, что все его наложницы осторожно отступают, если не сказать — шарахаются от него. Оно и понятно, заразиться боятся.

— Ты что им всем наговорила, аааа⁈ — взревел он. — Нет у меня недуга! Это у тебя в голове недуг!