Достал-таки, омут сработал безупречно. Вермисос потерял форму шара и выглядел теперь как надкусанное с двух сторон яблоко. Жуткие раны истекали чёрной жидкостью, тварь издыхала, через пару секунд, пришёл победный лог. Я повернул голову в поисках Кешы.

— Кра, — болезненно выдал тот, обозначая место своего нахождения.

Я видел по карте, в десятке метров в кустах. Вот поднялся хвост, над растительностью поднялось крыло.

Жив, чертяка! Надеюсь, не сильно ранен, — переживание за пета отодвинуло боль на задний план.

Не полностью, но я смог подняться и старясь шевелить строго ногами, поковылял к Кеше. Тот смог подняться, устроившись на пятой точке, повернул ко мне морду. Из клюва тянулась кровавая слюна, взгляд затуманен. Подобравшись ближе, заметил перебитую переднюю лапу, других серьёзных повреждений не видно, должно быть, органы, как и у меня, неслабо отбиты.

— Ну что, брат, досталось нам, да?

— Кра, — вяло ответил тот.

Это просто писец, сколько мы прошли, метров пятьсот?

В этот момент послышалось приближающееся многоголосое рычание, твари почуяли смерть хищника и решили закончить начатое.

— Соберись, парень! — скомандовал я Кеше. — Сейчас домой вернёмся!

Я достал лист ДВП. А питомец не думал прислушиваться к моей команде, бодро прихрамывая, заковылял на рыки.

— Стоять! — а тот уже взлетел и атаковал самую шуструю виверру.

Видимо, злость добавила сил и решительности, потому что он не обращал внимания на висящую лапу, метнулся к следующей твари. Это уже цокор, даже среди переростков, хомяк был слишком велик, едва ли не до груди мне доставал. Но когтям и клюву размеры не мешали, Кеша рвал и метал, разбрасывая вокруг куски чужой плоти.

Тварей становилось всё больше, в какой-то момент мы оказались в окружении, несмотря на мои и Кешины атаки, кольцо постепенно сужалось, а питомец не собирался отступать.

— Уходим! — я отправил мысленный посыл с аркой перехода.

Мне не хотелось его бросать, значит, придётся биться до последнего, вдруг повезёт и твари закончатся, тогда я смогу его забрать. Однако не всегда происходит так, как мы хотим. Ловкая виверра смогла запрыгнуть к пету на спину, вспорола когтями, что-то повредив, Кеша заголосил, поднимаясь выше, а потом резко устремился вниз и приземлился рядом со мной.

Я взялся за палицу, двумя руками её не схватить, левая висит, так что я как мог замахнулся. Набалдашник угодил по оскалившейся морде, сработал как надо, сбил тварь, та полетела на землю вместе с вырванными перьями. Кеша зацепил меня крылом, как ковшом, и я с криком влетел в его тушу. Быстро сообразив, что он хочет, я уцепился рукой за шею.