Обдумав эту мысль, тут же забраковал: лишняя трата времени, этак мне придётся всю столицу шерстить, с областями.

Дом, где раньше проживал напарник, находился в спальном районе, старенькая пятиэтажка, стояла напротив обновлённого здания лицея. Небольшой микрорайон, в каждом доме по алкомаркету, ногтевому салону и парикмахерской, а в торце одного из соседских домов, расположился ритуальный салон с циничным названием «Грустно и точка». Короче, полный комплект услуг.

Уже у нужного подъезда, я понял, что Митрич здесь был.

Два новеньких, дорогих кроссовера, серебристый и красный, номера у обоих три семёрки, отличались только буквы. А самое главное, серебристую машину натирал молодой мужик, очень похожий на моего напарника. Морда чуть круглее и наглее, минимум морщин, висящее пузо.

Видать, фигурой в мать, — подумал я, подходя к нему со спины.

— Капитан Чибисов особый отдел, день добрый!

Предполагаемый сын Митрича дёрнулся и уронил тряпку.

— А? Что? — ко мне, точнее, к красной корке удостоверения повернулась испуганная физиономия.

— Кем вам приходится Ерёмин Константин Дмитриевич? — я убрал пустую корку в карман.

— Э-э… отцом приходится, — неуверенно ответил тот. — А-а, что случилось?

— Вашего отца разыскивают сотрудники торгового центра Меганом…

— Если он что-то украл, то я тут ни при чём…

— Вы не поняли, — я едва сдержался, чтобы не скривиться. — Это его торговый центр, сотрудники работают на него, люди потеряли своего шефа.

Было интересно смотреть на метаморфозы, происходящие с лицом сына Митрича. Из бледного в серое, затем вдруг порозовело, глаза напоминали старые Ленинские рубли.

— Это, тот, что в центре? Три этажа, кинотеатр…

— Совершенно верно, — перебил я, замечая ещё большие перемены.

Я не спрашивал у Митрича, как зовут его сына, неинтересно, считал его хапугой, и сейчас это подтверждалось. Глаза молодого мужчины налились алчностью, он лихорадочно думал, я даже предполагал тему размышлений: «Вот бы сейчас папаня пропал, а мы, нет, я ближайший родственник», — похоже, он начал прикидывать, что будет говорить начальнику при увольнении. Пришлось его приземлять.

— Он задолжал крупную сумму в бюджет города… махинации с налогами, дело уже передано в прокуратуру, — жадная мечтательность, сменилась на вороватость. Мне нравилось на это смотреть. — В случае неуплаты имущество будет изъято, — я как бы невзначай перевёл взгляд на кроссовер.

— Он ушёл в магазин позавчера днём, да так и не вернулся! — выпалил мужчина, загораживая обзор на машину, а так как их было две, он начал метаться. — И вообще, отец давно сам по себе и в нашей квартире не прописан!