— Втроем мы станем сильной группой, а это деньги, уважение и свобода.

— И опасность, — дополнил Ико.

— И опасность, — спокойно согласился я, — но а как по-другому? Если ты примешь предложение дворянского рода, для них ты останешься всего лишь слугой, вещью. Неужели ты откажешься от свободы, когда попробовал ее на вкус? — я ударил по самому больному — Ико был рожден в рабстве и навряд ли захочет вернутся обратно. Пусть и в более мягкую версию.

— Но ведь рано или поздно ты уйдешь домой, в свой мир? — пока еще не сдавался гоблин.

— Уйду, у меня там семья, но это будет не скоро, и я обязательно вернусь, здесь у меня тоже семья, — хмыкнул я.

— Не знаю! Не знаю! — горячо зашептал телепат.

— Сейчас ты можешь проявить слабость, но куда тебя приведет эта доро… — сказал я. Пытаться обмануть или надавить на альбиноса было бы глупо, пусть он не может напрямую читать мои мысли, но отлично чувствует ложь и другие эмоции. Я не успел договорить, тишину ночи со стороны поместья нарушил тревожный набат колокола.

— Что там? — задал я вопрос альбиносу, но тот лишь хлопал глазами, озираясь по сторонам.

— Не знаю, никого постороннего не чувствую, — после короткой паузы ответил телепат.

Мне стало очень любопытно, в чем дело, но мы должны были охранять усадьбу со стороны моста и не могли покинуть свой пост без приказа. Мы с Ико стали гадать что случилось, может в поместье пробрался убийца или еще что?

Буквально через пару минут в караульное помещение донжона, вбежали трое солдат, те, что уходили на патрулирование.

— Что случилось? — проорал Фатис Сума, старший в этой тройке.

— Хрен его знает, старший, у нас все спокойно, — ответил я.

— Куба, что там? — крикнул Фатис дежурному на верхней площадке донжона.

— Галера! — крикнули ему сверху, — идет с юга вдоль берега.

— Что за галера? — спросил Фатис.

— Весел на тридцать, — ответил ему Куба.

— Я тебя о веслах спрашивал, идиот? — старший охранник разозлился и сам полез наверх. Мы с альбиносом переглянулись и решили тоже не оставаться на месте, интересно же из-за чего весь кипиш, к тому же нам пока ничего не угрожает. Фатис, конечно, потом будет материться, но и хрен на него.

Быстро забравшись на плоскую крышу донжона, я окинул взглядом берег. Куба не соврал, с юга — со стороны Заара, вдоль берега ходко шла длинная галера. В кораблях я разбираюсь плохо, но судно явно не морское — слишком высоко она сидит в воде, да и надстроек нет.

— Пираты, чтоб их! — ругнулся стоящий рядом Фатис.

— Точно, старший? — переспросил Куба.

— Они самые, кому же еще ночью тут ходить на «акуле». Ха! Курс на наш пирс держат — самоубийцы! — с ухмылкой крякнул старший охранник, поглаживая длинные усы. — Ух, наши им сейчас зададут жару.