По крикам и звукам битвы, я понял, что одержимые пытались ворваться внутрь со стороны отряда старшего охранника, но по ругательствам догадался, что им вполне успешно противостоят — дверной проем легче удерживать.

— Измененный сверху, остальные прорвались во двор и бегут к поместью, — своевременно доложил обстановку Ико.

— Портовые блудницы, — матом ответил ему Фатис.

Радует хотя бы то, что нас не стали закидывать телами, враг пока бережет силы для главного сражения. Сейчас одержимые прут безо всяких помех, перелазят через стену и бегут к поместью. Нас же просто сдерживает небольшой отряд.

Старший охранник пулей пронесся по помещению, быстро оценил обстановку на стенах и территории поместья, после чего последовала витиеватая фраза, в которой он желал одержимым сдохнуть в пылких объятиях трехсоткилограммовой блудницы, одновременно совокупляясь с обезьяной неестественным образом. Фраза капитана заставила выживших нервно хохотать, но смех оборвал вой с верхней площадки. Твари все слышат и все понимают.

— Герех, долго удержишь пламя? — спросил Фатис.

— Сколько надо, столько и удержу, — спокойно ответил я. Лезть сейчас в амулет нет возможности, но я уже по опыту знаю, что потратил за время боя всего лишь десятую часть резерва.

Время тянется как резиновое, одержимые один за другим перелезают через стену и бегут к усадьбе.

— «Еще немного и у нас с Ико появится шанс свалить из этой мясорубки», — приходит подленькая мысль, но я заставляю замолкнуть мерзкий голосок страха. В поместье остались не только наши вещи, но и Самат. Как-то незаметно, но я прикипел к этому здоровому пусть и не самому умному мужику. Он свой, а своих не бросают, к тому же денег жалко. Откровенно говоря, я не могу точно сказать, чего мне больше жалко терять, но решение принято. Возможно, я об этом пожалею, но сбегать я не буду.

— Ико, — еле слышно шепчу я, остальные не услышат за ревом тварей и огня, но телепат без слов понял мой вопрос.

— Отряд говоришь, — скалит короткие клыки альбинос, — уважение и деньги. Я в доле.

Отлично. Вдвоем мы тоже сила сильная.

— Фатис, поддержите нас! Идем на прорыв, — ставлю я в известность старшего охранника.

Кровь быстрее заструилась по жилам, сила рывками наполнила тело, даже «поток племени» стал мощнее. Я почувствовал, что его языки все больше наполняются силой. Подстегиваемая гневом, сила вспыхивает, как порох. Огонь волной прошел по телу, кожа начала трескаться и чернеть, изо рта вырывается глубок огня. Я отпускаю поток, и на кончиках пальцев сами собой вспыхивают два «лезвия».