— Ну здравствуй, старичок, — ласково сказал я, протягивая руку к вздувающимся огромным ноздрям, Иней же держался у моих ног, с прищуром наблюдая за ситуацией.

Шах переступил с лапы на лапу, привыкая к моему запаху, но попытки влезть в сознание не предпринимал. Он был мягче характером и боялся навредить человеку, потому пришлось самому стучаться. Я влетел к нему, что называется, «с обоих ног», и тот резко отпрянул.

Крылья ветерана попытались расправиться, но мешали тучность и кератиновые наросты. Массивные «шипы» на спине возникли у него из-за длительного отсутствия линьки и блокировали возможность летать. Он жалобно взревел, не желая подчиняться, и подслеповато щурился от скопившихся по краям век комков белой слизи.

«Как же ты забросил себя!»

Я десятикратно усилил напор, чувствуя таящую магическую силу. Ну же, ответь мне! ОТВЕТЬ!

— ГРХААААААА!

Вместе с рёвом внешним, рёв ментальный заполонил мою черепушку. После Регнума я знал, чего ждать, и потому выстоял, приняв на себя весь спектр эмоций, вышедшего в утиль магзверя. Сжав кулаки, я терпел, пока эта его потребность, эта открывшаяся ментальная рана сочилась «гноем». Разъедающая концентрированная боль, страх, сожаление, ненависть к миру, апатия — всё, что скопилось после долгих лет мысленной изоляции от людей.

Шах с сожалением зажмурился после того, как замолчал, думая, что убил меня. Я подошёл к нему и похлопал по морде.

— Накричался? — спросил я сквозь свою боль, из носа потекла струйка крови.

Поняв, что я не умер, он удивлённо вытаращил свои зенки.

— Что смотришь?

Жирдяй смешно изогнул шею, изображая высшую степень удивления, и потом опять спустил ко мне морду, но в этот раз получил звонкую пощëчину. Такую, что дрессировщики позади чуть не наложили в штаны от того, что сейчас будет. Лица побелели, сами на низком старте, готовые бежать за разведчиками, но не побежали.

— В кого ты превратился, а? Посмотри на себя! — крикнул я магзверю, дублируя ментально свои эмоции. — Жалкий тюфяк, ты виверн или откормленная саламандра⁈

Шах взревел, распространяя недовольство, но затем вдруг щёлкнул пастью в нескольких сантиметрах от моего лица, желая запугать наглого человечишку. Тут уже не выдержал Иней. С воинственным писком он разогнался и укусил того за мягкую часть на животе. Сомневаюсь, что Шах почувствовал боль, скорее удивление и испуг, что это там у него копошится внизу.

Сделав неловкое движение, он завалился набок, как толстый кот, и попытался встать. Не получилось. Иней победно приземлился ему не голову и попытался укусить за глаз. Шах ничего не мог сделать и прикрыл его веком. Для него мелкий виверн, что надоедливый комар.