Да, я хоть и не знаком с ним лично, но наслышан, наслышан… Не зря же я вообще сошёлся со Своном. Который с одной стороны тот ещё болтун, которому нельзя доверить ни одну серьёзную тайну — обязательно растреплет, а с другой — ценный источник информации обо всех персонах на Базе. А без него бы и я не опознал Флама…

Конечно, увидев этого типа возле Эвелин, я поторопился к столику! Застав, правда, самый конец разговора.

— Ты подумай, подумай, — ласково увещевал Виктор Лэйн, ездя ей банально по ушам, расхваливая открывающиеся перспективы: — Такая красавица не должна рисковать за жалкий заработок в поиске. С такими внешними данными ты просто обречена стать лучшей среди моих танцовщиц, худшая из которых зарабатывает за вечер больше чем ваш отряд, наверно, за неделю… а уж если ты сможешь петь… Ты сделаешь поистине великую карьеру, и о тебе вскоре узнают даже на Единичке и будут специально приезжать с других Баз на твои выступления! Станешь настоящей звездой, какие были до Исхода, я тебе обещаю!

Чешет, чешет не умолкая и в руки ей свою визитку суёт. Такую — донельзя экстравагантную, выполненную в виде пластинки серебра с золотым тиснением — специально сработанную для того чтобы производить впечатление на неокрепшие девичьи умы! Хоть по факту драгоценного металла там наберётся от силы на сотню кредов, но эффект производит. На наивных дур, в первую очередь, конечно.

Тут я и добрался до них. И перехватив из рук Эвелин визитку Виктора, которую она неуверенно взяла, сунул её Фламу в карман пиджака — к торчащему уголку белого носового платка со словами:

— Оставь себе. И свободен.

Всё выдал сквозь зубы, прикидывая как смотрелась бы дыра в его башке пробитая из «Вульва». И Флам что-то почувствовал. Но не осознал… Ибо возмутился:

— Эй, я не с тобой разговариваю, парень!

— Не волнует, — отрезал я. — Все твои разговоры здесь окончены.

Но он реально не проникся. Судя по тому что начисто игнорируя меня, недоумённо обратился к Эвелин:

— Кто это?

И та, помешкав, ответила:

— Это Уайт…

— Твой родственник? Или может твой парень?.. — немедля уточнил Виктор.

— Мой парень… — помолчав, выдала Лэйн, покосившись на меня вроде как в поисках поддержки.

— Воу, а ты оказывается не такая уж и недотрога, как пытаешься показать? — немедля похабно заухмылявшись, подмигнул ей Виктор.

И договорился практически до смерти. Но вмешалась неожиданность в лице Лиззи Макгваер и Саманты Маерс, неожиданно объявившихся в «Птице» в этот момент и подошедших к нам. Да не просто так подошедших, а застав меня, напряжённо обдумывающего варианты решения проблемы, врасплох! Чем Лиззи и воспользовалась, чтобы ухватив за руку развернуть к себе и потянувшись на цыпочках, поцеловать в губы — вроде как в качестве приветствия. Прилично так затянувшегося! Что перевело данный поцелуй из разряда чисто приветственных в нечто большее. А затем она ещё и Эвелин смачно чмокнула в щёку! После же этого демонстративного действа, по детски наивно похлопав глазками, с любопытством осведомилась у Флама: