— Поняла, — отчиталась Беатрис, выслушав пожелания и последние наставления. — Хуан, это… Будешь присутствовать, подсказывать? — повернула она ко мне мордашку. Я понял, боится. Что не справится. Но с другой стороны, страх её не всепоглощающ — после сегодняшней атаки она перешагнула сама в себе через какой-то барьер, и будет рвать и метать, ничего не стесняясь, пока не получит своего. «За одного битого двух небитых дают, да и тех не берут» — вспомнилась читанная идиома. Погладил её по волосам.

— Буду слушать, но не подсказывать. Марина пусть станет врачом, Тигруль. А тебя мы сделаем многопрофильным специалистом по информационной безопасности. Тихой серой мышкой, вершащей великие дела, без которой планета не вращается. Это круто, поверь!Главное не стесняйся в выражениях, если они чепушилы. Топи в эфире. Тогда мы отсечём от списка тех, кто реально пиарится, понимая, что реально в застенках у террорюг не окажется. Если человек герой — страна это должна знать. Если нет — сам виноват, никто не заставлял регистрироваться.

— Поняла, Хуан. Работаю.

Я вышел, оставляя её готовиться к спектаклю… Всего лишь спектаклю для террористов и их кураторов, под шумок которого вновь буду проворачивать дела. Вызвал Этьена:

— Француз — Командору. Командор вызывает Француза.

— О, ты снова Командор? — усмехнулся на том конце генерал моей личной армии (и ещё армии королевы, но совсем немножко).

— Да, так привычнее. Позывной «Мегалодон» пока дали другому человеку, но, сам понимаешь, тебе приказы не позывной отдаёт, а человек.

— Угу, личность командира, а не буквенное обозначение, — двольно хохотнул абонент. — Понимаю, не маленький. Ты, наверное, хочешь спросить, всё ли у меня и парней готово?

— Именно! Это и хочу! — подтвердил я. — Всё готово?

Этьен на том конце задумался, но бодро ответил:

— Двенадцать отрядов. Фактически четыре оперативные группы, если включить двухуровневую страховку.

— После атаки на «Берлогу» подстраховка не будет лишней, — донёс я до него политику партии. — Подключайся к выделенной линии, и их подключай. Запускаю процесс.

— Командор, это… Ты ТОЧНО уверен, что ТАК можно? — Этьен не боялся, но был растерян. — Тебе этого не простят. Это не просто политика, это… Я даже не знаю, как это назвать, мать твою!

— Это называется «Жопа», Этьен, — хмыкнул я. — И она уже настала. Я знаю о последствиях, всё под контролем. Готовьтесь… Впрочем, вы и так боеготовы. Просто выполняйте свою работу, а думать буду я. Как и отвечать. За всех.

— Понял, Командор. Это мне в тебе и нравится — не бежишь от ответственности и не перекладываешь на других. Сработаемся! Всё, я повис в «ожидании», готовлю парней. — Разъединился.