— О чём вообще речь? — нашёл-таки я силы спросить. — Что за… «То, что должно произойти»?

— У него нет инсайдов ОТТУДА,пояснила королева Октавио и повернулась ко мне. — Хуан, сегодня в четырнадцать часов начнётся заседание Сената. Внеочередное… Уже началось, — бросила взгляд на браслет. — Там меня вновь польют грязью и вынесут вотум недоверия. Будут и более серьёзные призывы, но по закону они могут только вынести вотум и назначить референдум. Как бы ничего серьёзного, только шум…

— Но он станет основой движения «снаружи». Оправданием силового переворота, — понял я. И поправился. — Возможного.

— Рад, что ты всё понимаешь. — Октавио взял бокал и отсалютовал мне им. Пригубил. — Мы решили не лезть в эту грязь, но и помогать тоже не будем.

— А как же патриотизм? — поддел я. — На страну вообще-то напали. И там дети.

— Хуан, — спокойно, с доброжелательной улыбкой и ехидством в глазах, произнёс сеньор. — Когда некто на всю страну перед камерами называет себя абсолютным хищником, да не просто так, а при наследнице престола, это не просто так. Особенно в том случае, если тот, кто его поддерживает, даёт этому самопровозглашённому хищнику реальную власть. ВСЮ власть, какая только есть в этом ареале. Это значит, мой возможный зять, что некто бросил ареалу вызов на лидерство, ни много, ни мало. Молодой волк заявил права на статус вожака стаи, а вместе с этим — доминанта всей планеты.

Это не хорошо и не плохо, — довольно усмехнулся он. — Биология говорит, что в ареале должен быть доминант. Но эта же наука подсказывает, что тот, кто бросает вызов, чтобы им стать, далеко не всегда добивается поставленной цели. И если у нашего с тобой общего знакомого получится стать вожаком, тем самым абсолютным хищником, то честь ему и хвала. Но тогда какой смысл поддерживать его там, где он должен победить врагов самостоятельно? Мы с радостью подчинимся новому вожаку, — взгляд на королеву, которая при этом довольно улыбнулась, — как сильному, как реальному лидеру. Но вот если волчонок переоценил силы… — Картинный вздох. — Если он не сможет подмять ареал под себя — то мы не собираемся вытаскивать его за уши и спасать его шкуру. — А теперь его глаза опасно сверкнули. — Повторюсь, мы не будем мешать. Но если волчонок покажет несостоятельность претензий, и то, что мы видим, не планы по переформатированию мира, а юношеские понты — тогда мы появимся на сцене, но в этом случае было бы глупо хоть как-то учитывать интересы и волчонка, и его покровителей. — Снова взгляд на королеву. Глаза той зло засверкали, но я понял, они договорились. Решение на самом верху принято.