— Он меня нанял, — кратко ответил француз.

— В качестве кого? — Осторожно продолжила я допрос. Информация о найме стала для меня настоящим сюрпризом. Я ожидала, что Люц устроил Бонаккорду внушение на тему «нельзя заигрывать с мисс Грейнджер», но этот скользкий делец, как всегда, в первую очередь думает о собственной выгоде.

— О, у меня сейчас сразу три должности. Во-первых, я твой телохранитель, во-вторых, шпион. Ну, и что-то вроде почтовой совы с ножками. Ингредиенты или артефакты добыть, записку передать кому надо. Не хочет лорд Малфой в Америку постоянно мотаться, а у него тут какие-то регулярные дела намечаются. Вот и нанял себе то ли курьера, то ли доверенное лицо.

— Зачем мне телохранитель? Шпионить ты тоже за мной будешь? Какие еще записки и артефакты? Во что ты опять вляпался? — Мои вопросы посыпались один за одним. Я даже не знала с чего начать. А мысли в голове в стройную картину не укладывались.

— Охранять тебя буду, на всякий случай. Особых угроз лорд не ждет. По-моему, он вообще меня нанял, чтоб я потенциальных ухажеров от тебя отгонял. Потому что, как выяснилось, у тебя уже есть один… официальный. — Михаэль указал взглядом, на перстень на моем пальце. — Кстати, я почему-то кольцо на твоей руке не замечал, пока Малфой меня в него носом не ткнул. Хотя этот артефакт Блэков легко узнаваем и даже за пределами Британии известен.

— Да, я уже помолвлена, — в подробности вдаваться я не стала. Но для себя отметила, что надо написать Сириусу, чтоб снял свое хитрое заклятие с моего перстня и народ вокруг опять начал его замечать.

— Шпионить, кстати, тоже буду за тобой. А то вдруг парни не к тебе приставать начнут, а ты за ними гоняться будешь. — За это наглое заявление француз схлопотал шуточный подзатыльник, от которого со смехом попытался увернуться. — Я тут ей все рассказываю, по доброте душевной. Ну, или потому что наниматель забыл с меня клятву о неразглашении взять, а она дерется. Не буду больше ничего тебе говорить.

— Если остальное не расскажешь, я тебя вообще добью. А потом в камушек трансфигурирую.

— Почему сразу в камушек? — Не понял Михаэль.

— На квиддичном поле положу. Будешь годами на земле валяться и смотреть, как в небе другие вместо тебя в квиддич играют.

— Ну, нет. Это слишком жестоко. Я лучше во всем признаюсь, — паясничал француз. — Не знаю, где Малфой работает, но у его организации появились интересы в Америке. Вот я и буду их здесь представлять. Понятно, что серьезные вопросы ваш лорд сам решать будет, но мелкая текучка — на мне.

— Драные пикси! —Вырвалось у меня. Я даже споткнулась от такого заявления француза. — Отказаться еще можешь? — Взволнованно спросила Бонаккорда.