С этими словами Рокот атаковал.

Бронебойный снаряд ударил в заднюю лапу Гарма и повредил ее.

* * *

Паук подкрался незаметно. Гарм отскочил в сторону, но прихрамывая.

Мы потеряли скорость и маневренность!

— Ой, — Сэша прижала уши. — Теперь их двое, кити-кити?

— Да, — я стиснул рычаги. — Теперь их двое.

— Волк! — Шондра кричала из динамика. — Избушка на подходе, но нам нужно еще 30 секунд!

— Хорошо, я продержусь.

Рино и Арахнид приближались, а мы стояли между ними.

— Ну что, кошечка? — я усмехнулся. — Готова к продолжению?

— Кити-кити! — она радостно заерзала, но веревки не пустили.

Я переключал рычаги, чувствуя, как Гарм хромает.

Время растянулось, секунды превратились в вечность.

Задняя нога повреждена — гидравлика течет, каждый шаг дается с усилием. На экранах мигают предупреждения:

«ПОВРЕЖДЕНИЕ ХОДОВОЙ»

«СКОРОСТЬ ОГРАНИЧЕНА»

Спереди, сквозь дым, вырисовывается массивный силуэт Рино. Он несется на нас, как разъяренный бык… или носорог.

Сзади — Арахнид. Паук осторожно перебирает лапами и наводит орудия.

— Волк…

Сэша дергается в кресле рядом, но ремни и веревки не дают ей двигаться. Ее уши прижаты, хвост взъерошен.

— Сиди тихо, — говорю я. — Сейчас будет звиздец.

Рино идет на таран.

Я бросаю Гарма вбок, но поврежденная нога отвечает с запозданием. Мы не успеваем увернуться — 150 тонн стали бьют нас в левый бок. Кабина вздрагивает, экраны на миг гаснут.

— Удар! — Вайлет кричит в уши. — Броня левого борта повреждена на 12 процентов!

Арахнид не ждет. Его ракеты попадают в нас — бьют по хребтине Гарма. Все системы на секунду глохнут, включая голосовую связь.

Темнота. Тишина. Потом — рев аварийных систем.

— Ой-ой-ой! — Сэша зажмуривается.

Я уже поднимаю и разворачиваю Гарма, пытаюсь вывести его из-под нового удара. Но Рино снова ускоряется.

— Волк, мы не успеваем! — кричит Шондра. — Здесь здание рухнуло! Еще полминуты!

Сэша испуганно смотрит на меня. Никогда не видел в ее глазах настоящего страха.

— Держись… — говорю я.

Удар.

На этот раз — в грудь.

Гарм падает.

Кабина содрогается. Я слышу, как где-то трещит проводка.

А потом — новый удар. Сверху. Рино поднялся на дыбы и всей массой обрушился на голову моего Цверга.

Металл застонал с новой силой. Треск и грохот.

Что-то острое — арматура, обломок каркаса — вонзается мне в живот и пробивает кресло насквозь.

Боль.

Горячая.

Глубокая.

Я захлебываюсь кровью. Во рту вкус меди.

Сэша без сознания, ее голова беспомощно склонилась. Уши Хики полыхают алым, зверек верещит, как пожарная сирена.

Экраны вырубились.

Но я еще могу двигаться.

Пальцы нащупывают гиперкуб в сумке на поясе.