— Уходим, — отвернувшись, я возвращаюсь к гвардейцам. Змейка, чтобы не толкаться на узкой лестнице, просто ныряет в стену.
Как раз и Горнорудовы заканчивают с левым крылом. Выглядят они немного потрепанными, но все живые. Вообще в той части дома сидели видоизмененные бигусы. Их провезли через границу как прирученных зверей, но на самом деле это модернизированные химеры. Вернее, были.
Дальше поднимаемся наверх и там снова сталкиваемся с обычными бойцами. Попадаются также и маги. Но ими всеми занимаются гвардейцы с Горнорудовыми. Вот пускай и поработают. Игнорируя шальные очереди, я проскакиваю через коридор и влетаю в просторный кабинет с книжным стеллажом у стены.
— Хай, алмазик, — усмехаюсь я в кристальное лицо Густава. — А мне как раз хотелось сделать своим женам дорогие подарки. Вот из твоего фейса и выбью бриллианты.
— Ты опоздал! — рычит немец, медленно отступая от меня к окну. — Дядя уже ушел!
— Это он так думает, — усмехаюсь под гранитным забралом, и хоть колбасник этого не видит, но прекрасно слышит веселые интонации в моем голосе. — Не волнуйся, этому Адольфу тоже придет капут.
— У тебя выросли рога! — граненое лицо Густава вытягивается, кристаллизованные глаза загораются от ужаса.
— О и правда. Это у меня от радости, — отмахиваюсь, и во время взмаха поверх каменных пальцев перчатки вырастают черные когти. Густав вздрагивает. — Не обращай внимания.
— Кто ты такой, мать твою⁈ — алмазник-колбасник с криком обрушивают мощную ментальную волну, и я кидаюсь навстречу удару с ухмылкой на лице. Телепат против телепата. Это будет интересно.
Глава 18 Хендехох
Как и ожидалось, колбасник снова использовал прием фокусировки. Густав пропустил телепатическую волну-щуп через алмазное покрытие, усиливая атаку. В этот раз немец полностью облачился в алмаз, а потому площадь взаимодействия больше. Таким образом даже у посредственного телепата получится мощная ментальная волна под стать удару второрангового Мастера. В этом сила Шморцев.
Но и есть и минусы. Один из них: времени на атаку тратится больше. На целую секунду, за которую я успеваю подпрыгнуть вплотную и царапнуть колбасника когтями. Он с криком отлетает, из рассеченной груди брызгает алмазное крошево. Тем временем меня достигает ментальная волна.
«Вася, жги!» — мой мысленный приказ как молния проносится в сознании Василиска. Зверь на полную катушку врубает свою ментальную изворотливость, и большая часть волны проносится мимо меня, только боком задев щиты, затем рассеиваясь в воздухе. Защита выдерживает столкновение, даже не вздрогнув.