«Ну всё, тебе ХАНА!!!» — рычит монстр в предвкушении.

Из раззявленной пасти вырывается огромный столп пламени. А я просто беру и ловко огибаю пламя, словно истребитель на реактивном топливе.

«Ну, что, большой мальчик, — усмехаюсь я. — Поиграем по-взрослому?».

И в этот момент Золотой охреневает больше всего:

«Ты летаешь⁈ ЛЕТАЕШЬ⁈ БЕЗ КРЫЛЬЕВ⁈ Но… но… как⁈»

Я повисаю в воздухе совсем рядом. Его глаза расширяются от удивления и гнева. Золотой включает защитное поле и запирает нас вместе. Ближе купол активировать не может — иначе он обрежет себе крылья.

«Ни за что не угадаешь как, морда».

Конечно же, я предварительно позаимствовал сознание одного из рептилоидов, но скрывал это от дракона до последнего, чтобы устроить сюрприз. Теперь мы с Золотым оказались наедине и самое время для коронного удара.

«ТЫ УМРЕШЬ, ЧЕЛОВЕК!!!» — ревёт Золотой, взмахивая крыльями.

«Ну раз кто-то заговорил о смерти, то давай позовем и ее…»

У меня в руках возникает сияющий белый шар. Мертвенный белый свет брызгает во все стороны. Сложно не ощутить ауру некротики, особенно зверю с сверхразвитыми инстинктами. Вот и сейчас огромный Золотой Дракон заголосил испуганным петухом:

«ТЫ — МАГ СМЕРТИ⁈»

«Нет, я намного больше, морда, — отвечаю ментальным сообщением. — Я — ЛЕГИОН».

И резким взмахом руки отправляю шар в Золотого. Дракон судорожно пытается увернуться. Но слишком поздно. Шар врезается в его крыло, а дальше громоподобный рев глушит все звуки на свете.

* * *

Волколакград, столица Ликантропии.

— Ты звал меня, о Свирепейший? — на пороге тёмного помещения возникает сгорбленная старая женщина с тростью в руках.

— Да, старая, — в нетерпении бросает Ратвер, откинувшийся в высоком кресле. Высший Грандмастер потушил светильники, чтобы любоваться полной луной, но его мысли всё время возвращались к той встрече с молодым конунгом тавров. — Знаешь, на днях один выродок сильно вывел меня из себя.

— Вероятно, он умер в страшных муках, — кряхтит старушка, хромая вглубь просторных хором. Стук трости по мраморному полу гулко отдаётся эхом от каменных стен.

— Удивительно, но нет, — вздыхает один из Организаторов. — Я, конечно, оставил прощальный подарок, взбесив всех оборотней вокруг, но эта маленькая шалость вряд ли прикончит конунга тавров. Тем более, если он, правда, прикончил Странника.

— Почему же ты пощадил наглеца, о Клыкастейший? — тяжело выдыхает старуха.

— Хороший вопрос, — скрежещет зубами Ратвер. — Причина, конечно, не в запрете Организации. Мне плевать на этих трусов. Настоящая причина — в запахе.

— В запахе? — удивляется старуха.