И замолкает после этой странной тирады. Он что, ждёт моих оправданий? Фигушки. Презумпцию невиновности никто не отменял. Я, конечно, понимаю, что о секретности Легиона можно забыть. Но Владислав и Царь уже и так в курсе.

— Что молчишь, Филинов? — бурчит старик.

— А какая сейчас разница, даже если и вселился? — пожимаю плечами. — Мы идём громить Странника. Этой задачей и стоит заниматься, а не всякими конспирологическими теориями.

— Поехавшим меня называешь? — хмурится ликвидатор.

— Чья бы корова мычала, — фыркаю. — Меня вы вообще обозвали хрен знает кем.

Ну и начинаются любимые Фирсовым гляделки. Наверное, обычно люди не выдерживают взгляда его белёсых глаз, либо потому что он такой суровый, либо потому что у него в бровях часто завтрак застревает. Но меня таким не проймёшь. Я в старом мире переглядел сотнеглазую мутантку-гидру. Стоило хоть раз моргнуть при ней, и тварь сожрала бы тебя. А вот если выдерживал гляделки, то она уползала ни с чем.

— А у вас с Веер всё серьёзно? — вдруг спрашиваю.

— Это, твою мать, тут причём⁈ — отворачивается старик. Ага, победа за мной.

— Просто неожиданно было вас застать вдвоем, — улыбаюсь. — Впрочем, вполне закономерно, учитель.

— Всё, иди отсюда, — рычит Фирсов. — Завтра с утра возвращаемся на прежний маршрут. Задержались мы из-за этого Жопиня, но хватит отвлекаться от цели.

Не знаю, чего он такой недовольный. Ненадолго-то и задержались, зато сколько всего приобрели. Особенно меня радует магнетик-легионер. Ага, я его добавил в Коллекцию. Конечно, с ханьцем ещё предстоит поговорить и всё обсудить, но его Дар уже в моём распоряжении.

Следующим утром снова выступаем. Тихо гудят моторы, ровная дорога поднимается вверх по пологому склону. В перерыве мне удаётся подстрелить дикую утку. Телепатией не дотягивался, пришлось ударить молнией. Считай, уже поджарил по-кантонски. Повару осталось выпотрошить и общипать.

Когда за окном вырастают первые тибетские отроги, разведка докладывает о небольшой неприятности впереди.

— Двухголовые великаны, — передаёт Гансов. — Толстые, пузатые, с двумя головами. А ещё у них дубины в руках.

— Сколько? — спрашивает Фирсов.

— Замечена только дюжина.

— Филинов, Шаровой, Мерзляк, Веер — проверьте, насколько убиваемы эти твари, — даёт распоряжение Устранитель. — Филинов, также попробуй щупы и псионику. Хорошенько попробуй.

— Ага, попробую, если проявят враждебность, — киваю.

Делать нечего. Колонна останавливается, а мы с обозначенной тройкой запрыгиваем в свободный джип и едем на огрский тест-драйв. За рулём сидит Шаровой. Старик резво крутит баранку и подслеповато щурится на солнце.