Но оставлять Быкова так тоже нельзя. Как же без подарков! Оставлю-ка пару глубоких нарушений в когнитивных способностях. Ну и память слегка подчищу. Именно слегка, а не как в случае с Аароном Стяжковым. Носорог останется дееспособным, но уже не сможет воротить скалами, да и вообще весь арсенал его сократится до среднего каменщика. Всё же Быковы — сильный род, а потому не стоит сжигать все мосты с ними через смерть их главы.

Выбираюсь из-за скал и оглядываю результаты боя. Все мои живы и даже почти никто не ранен, а ссадины рептилоидов умница Камила уже подлечила. Так! Не понял! Где Бирюзов⁈ Неужели удрал⁈ Кто-то сейчас по рогам получи… А фух, да вот же Федот Игоревич. Вместе с сыновьями связанный сидит под опекой гвардейцев Морозовых. Кстати, надо поприветствовать князя.

— Юрий Михайлович, рад видеть вас в добром здравии! — с улыбкой подхожу к нежданному союзнику. Смотрит он на меня с таким удивлением, что я даже перепугался, что забыл снять рога. Но нет, склерозом не страдаю.

— Данила, удивил, — басит князь. — Одолеть Быкова? Хм, это большой повод собой гордиться.

— Мне Жанна Валерьевна серьезно помогла, — оглядываюсь в сторону баронессы. Она как раз подходит к нам.

— Не прибедняйся, спаситель, — Горнорудова обрубает на корню мою версию. И словно не видит, что я ей подмигиваю. Или специально делает вид? Ох, ну и коварная же женщина. Это всё она за Настю мстит! — Я его даже не ранила. Даже не задела, — с удовольствием произносит. — Это целиком твоя заслуга.

— Как скажете, баронесса, — перевожу тему. — Юрий Михайлович, я забираю всех Бирюзовых.

— А вот тут, Данила, извини, — вдруг упирается Морозов. — Федот Игоревич с сыновьями сами мне сдались. Они добровольно сложили оружие, а в обмен я пообещал оставить их в живых.

— Вот как? — приподнимаю бровь. — Что ж, у меня тоже нет в планах их убивать.

— Еще раз извини, Данила, но ты в силу своей юности пылок и горяч, — князь рубит с плеча правду-матку, как ему кажется. — А я не хочу, чтобы данное мной слово зависело от юношеской вспыльчивости. Вдруг ты не сдержишься и сожжешь боярину мозги?

— Какой любопытный спор, — с ироничной улыбкой замечает Жанна, хитро посмотрев на меня. — Что же ты ответишь на это, спаситель? Как мне известно, Бирюзов угрожал твоей семье. Нельзя прощать подобное.

Мы с Морозовым пересекаемся взглядами. Князь упертый, как лось, и готов стоять на своем. А мне не с руки оставлять Бирюзовых у другого рода. Во-первых, неизвестно каких еще преференций боярин умудрится себе выбить в «гостях у Морозова». Во-вторых, да хрена с два я упущу своего врага.