— Может, это поможет? — я резко подхожу ближе и резким ударом ладони по лицу отправляю его в сугроб. Хлопья снега вздымаются от удара, и Марл, не ожидавший такой реакции, глухо падает головой вниз.

Второй воин тут же тянется к мечу, но Марл, лежащий на снегу, внезапно вскидывает руку.

— Постой… он прав. Он остановил финнов…

В его глазах больше нет прежней ярости, только недоумение и шок. Он медленно поднимается, вглядываясь в пустоту перед собой, как будто видит то, чего здесь нет. На его щеке отчётливо горит красный отпечаток моей пятерни — своеобразный символ его пробуждения.

— Значит, помогло, — усмехаюсь, разминая ладонь.

Я передал ему воспоминания: ледяные статуи финнов, колонны, обращённые в пепел, беспомощность их командиров. Эти образы заполнили его разум, и теперь сомнения в моих намерениях больше не остаётся.

Марл, всё ещё ошеломлённый, поспешно уговаривает своего друга уняться, его голос дрожит от осознания увиденного. Я киваю старейшине, и мы продолжаем двигаться дальше, следуя за ним к Льдине предков. В тишине, нарушаемой лишь скрипом снега под ногами, слышу мыслеречь Светки:

«Даня, а зачем ты ударил того буяна? Телепатия же бесконтактный спорт, хи-хи».

Я мысленно усмехаюсь:

«Свет, да знаешь, просто рука внезапно зачесалась, а тут Марл так вовремя задергался».

Светка переводит взгляд на меня, оценивающе смотрит пару секунд, а потом лыбится от уха до уха:

— Вот это по-нашему! — уже вслух говорит.

Мы подходим к массивному конусообразному леднику, стоящему на краю снежного поля. Он возвышается, как гигантский монумент изо льда, отражая слабое солнце и скрипя от мороза. Энергозрением я сразу чувствую, что это не просто ледяной массив — это древний артефакт. Яркий пульсирующий источник магической силы, он питается остаточной энергией умерших морхалов, а живые используют его для зарядки своих накопителей. Льдина впитывает и сохраняет их магическую сущность, как древний хранитель.

Я киваю группе сопровождения, и гвардейцы принимаются за работу. Одни вонзают жезлы Гумалина в землю вокруг Льдины, формируя магический контур, другие запрягают трёхглавого Пса. Настя поглаживает его, чтобы успокоить, пока те закрепляют узды, привязывая их к жезлам. Лёд под ногами скрипит, но Льдина остаётся неподвижной.

— Начали! — командую я.

Гвардейцы активируют жезлы, и вокруг Льдины образуется прочное магическое поле, защищая от разрушения. Пёс по приказу Насти выпускает Ударное Дыхание — клубы тумана с зарядом кинетической энергии. Вокруг Льдины лед и земля начинают покрываться сетью трещин, но сам ледник остаётся целым и невредимым.