Светка подходит ко мне, наклонив голову, и с деланной невинностью спрашивает:

— Даня, а мы разве их не убьем?

Она так серьезно смотрит, что я чуть не смеюсь.

— Ну, ты и душечка, Свет, — хмыкаю. — Зачем же убивать? Нам ведь нужны свидетели.

— Да я против что ли? — обижается. — Просто спросила.

Я подбираю артефакт. Тяжелый, как и положено вещице, в которую накачали магию по самое не могу. Это накопитель энергии — хитрая штука, медленно выдает силу, чтобы не вызвать подозрений у судей. Такой себе прибор для подзарядки бойцов за кулисами, пока настоящие трудяги потеют на арене.

Каменщик на арене уже не получает подпитки и начинает заметно сдавать. Я всматриваюсь энергозрением и вижу, как Студень наконец решительно идет в контратаку. Его слизевые бомбочки обрушиваются на каменщика одна за другой, как дождь из липкой пакости, от которого не отмахнешься.

Поворачиваюсь к троим мошенникам-свидетелям, которые теперь пребывают в состоянии «марионетки», и киваю им на потолок, вернее, на арену за ним:

— Подтягиваемся, господа, у нас еще впереди разоблачительное шоу.

Светка идет рядом, а троица неуклюже плетется следом, явно не привыкшие двигаться на четвереньках. Но по-другому ходить они разучились благодаря моему ментальному воздействию.

По пути нас встречает пара охранников стадиона. Они замирают, когда видят меня, Светку и троих лопоухих подопечных.

— Ваше Сиятельство? — один из них таращится.

— Да, — отвечаю я, невозмутимо кивая на своих новых «друзей». — Прогулялись тут немного. Вот крыс нашел.

— Но это служебные помещения. Вам сюда нельзя…

— Да? Что ж, нельзя так нельзя. Удачной службы, — легко киваю на прощание, и мы двигаемся дальше.

Студень уже одержал верх над каменщиком, и ведущий торжественно объявляет его победу. В это время мы со Светкой выходим на арену, сопровождаемые нашими тремя марионетками. Те вбегают на четвереньках, повизгивая и лая. Зрители замирают, таращась на перепрограммированных обормотов.

Не теряя момента, я иду к ведущему и вежливо прошу у него микрофон. Оторопевший мужчина в бабочке не отказывает.

Прокашлявшись, начинаю:

— Уважаемые судьи! — мой голос раскатывается по арене, гулом проникая в каждый уголок. — У меня для вас неприятные новости. Гриммарты смошенничали. Их боец-каменщик подпитывался вот этим артефактом, спрятанным под ареной!

С этими словами я поднимаю артефакт и киваю в сторону троицы, которые тем временем продолжают бегать на четвереньках, поскуливая. Зрители от шока переходят к яростному гулу. Зрелище года оказалось испорчено, и они недовольны. Как я их понимаю.