— Уверен? Там будет с сотню-другую десантников, включая Мастеров второго ранга.

— Финны? Мастера? — фыркает он. — Они не бывают Мастерами, только дохлой сельдью.

— Тогда выбирай ездока, — киваю в сторону акул.

Светка, округлив глаза, недоверчиво смотрит на меня.

— Ездока? Даня, ты серьезно думаешь, что он…

Но Ледзор уже не дожидается конца ее фразы. С разбега он прыгает на спину китовой акулы, цепляясь топором за ее жабры. Вода вздымается фонтаном, а он усаживается, словно на боевого скакуна.

— Хрусть да треск! — громогласно восклицает Ледзор, явно в восторге. — Я чувствую, как моя ледяная кровь вскипает! Граф, когда уже?

— Да вот прямо сейчас, — отвечаю и кидаю ему защитное зеркальце.

Ледзор ловко перехватывает артефакт в воздухе, и акулы, словно по команде, начинают погружаться в воду. Перед тем как скрыться под волной, Ледзор громко кричит:

— Хо-хо-холод!

Светка качает головой, явно в замешательстве.

— Ну что за псих? Дед с отмороженными мозгами. Он точно не погибнет, Даня? Не задохнется там?

— Грандмастер-физик? — ухмыляюсь я. — Ему хватит дыхалки, не волнуйся. А вот на корабле… а впрочем, посмотрим, как всё сложится. Нам пора лететь, графиня.

За Ледзора я не волнуюсь. Я уже видел таких безбашенных, как Одиннадцатипалый. Хм, нет, речь не про мое отражение в зеркале, хотя и я не склонен к осторожным решениям. Но Ледзор — это другое. В моем старом мире был один мутант — Дядя Дима. Покрылся чешуей, стал похож на крокодила. Главное его пристрастие была рыба. Этот парень был готов влезть в любую передрягу, лишь бы добыть себе очередную банку сардин. Однажды он в одиночку разорвал целую банду мародеров с огнестрельным оружием только, чтобы отобрать драгоценные шпроты. А в другой раз притащил мутировавшего медведя, и, о чудо, внутри этого зверя оказалась… полупереваренная селедка. Поселению отошла медвежатина, а рыба, понятно, кому. Дяде Диме! За одну рыбину Дядя Дима был готов горы свернуть.

Мы со Светкой выходим на улицу. В это время плавно спускается Золотой. Крыло опускается к моим ногами, как самолетный трап. Взбираемся на желточешуйчатую спину, но холодный ветер на высоте тут же начинает пронизывать меня до костей. Приходится «включить» легионера-огневика — тепло мгновенно разливается по телу, согревая до приятного жара.

— По пути сюда не заметил финский гарнизон? — спрашиваю Золотого по мыслеречи.

— Ты про мелких букашек с запада? — фыркает Золотой. — Какой же это гарнизон? Я их одним выдохом сожгу.

— Скоро продемонстрируешь, — ухмыляюсь я в ответ. — Курс на «мелких букашек».