* * *

Отель «Нева», Невинск

Зар спускается с своего номера на этаж ниже. Его шаги гулко отдаются в коридоре, где мягкий свет настенных бра мерцает на отполированных деревянных панелях. Подойдя к двери одного из номеров, лорд-дроу задерживается на мгновение, прислушиваясь, а затем трижды стучит.

В ответ раздаётся глубокий, вибрирующий бас:

— Входите, дверь открыта.

Зар приоткрывает дверь и входит, мгновенно оглядываясь. Комната утопает в мягком свете настенных ламп, приглушённом тяжёлыми шторами. В воздухе витает лёгкий аромат сандала. Из старинного граммофона льётся утончённая музыка. На стенах висят картины с изысканными сценами охоты и природы, выполненные настолько детально, что кажется, будто герои полотен вот-вот оживут.

А в центре комнаты, в большом кресле, сидит гигантский ракхас. Его кожа изумрудного оттенка, клыки мощные, как у тигра, а сама фигура — воплощение грубой силы. Однако на его сплюснутом носу изящно держатся миниатюрные очки для чтения, которые кажутся на нём совершенно нелепыми. В когтистой лапе он держит маленький томик русской поэзии.

Зар недовольно заговорил:

— Лорд Ратхархар, чем обязан вашему визиту в зону влияния Багрового Властелина?

Ракхас медленно поднимает взгляд. Его голос, глубокий и вибрирующий, наполняет комнату:

— Лорд Зар, я хотел взглянуть на Грандмастера телепатии, которому ещё нет девятнадцати.

Зар прищуривается:

— Я сообщал об уровне лорда Данилы только Багровому Властелину. Откуда у вас эта информация?

Ратхархар лениво переворачивает страницу, оскалившись и продемонстрировав кабаньи клыки:

— Птички напели.

Он на мгновение отрывается от книги, взгляд его затуманен, словно он одновременно здесь и где-то далеко.

— Вот, читаю сейчас местную поэзию. — Он делает паузу, перелистывает очередную страницу и, словно разговаривая сам с собой, продолжает: — Честно, стихи этого графа Пушкина удивительные. Какой слог, какой мощный глагол!

Зар хмурится, пристально наблюдая, как ракхас вновь с головой уходит в строки книги, словно вокруг не существует ни времени, ни собеседников. Ратхархар, не отрывая взгляда от страниц, лениво продолжает:

— Знаете, обидно, что приходится полагаться на этот переговорный амулет, чтобы уловить всю глубину стихов. Но ничего, я скоро выучу местный язык. Русский, знаете ли, удивительно музыкален.

Поправив полы своего камзола, Зар строго произносит:

— Делайте что хотите, лорд Ратхархар, но не вмешивайтесь в формирование вассальных отношений Багрового Властелина и лорда Данилы.

Ракхас хмыкает, его клыкастая улыбка придаёт ответу оттенок насмешки: