— У тебя какая-то совершенно уникальная диета.

Она, чуть наклоняя голову, ловит мой взгляд:

— Это ты меня насыщаешь энергией. Благодаря этому я могу экспериментировать с полезными добавками. Наш ребёнок родится большим и сильным.

— Большим и сильным, — задумчиво повторяю. — Это ты ещё мягко сказала. Судя по всему, он вырастет, ну, кем-то типа сверхчеловека.

Лакомка прищуривается:

— Не просто сверхчеловеком, а сверхальвом-человеком.

Мда-а-а-а…Какого супер-пупер-мага мы можем вырастить? Альва с уникальной диетой и моей подпиткой и магическим наследием — это коктейль, который может взорвать половину этого мира. Обалдеть. Лакомка использует мою энергию для синтеза целого набора веществ, которые её организм усваивает, как сложный алхимический коктейль. Готовит основу для чего-то очень выдающегося.

Немного помолчав, я протягиваю руку, касаюсь её щеки. Она отвечает тёплой улыбкой, и мы обмениваемся ещё парой нежных слов.

После короткого разговора и ласковых объятий, тихо оставляю Лакомку, погружённую в свои мысли, и направляюсь в медитативный зал. Пора проверить Легион.

Внутренний Бастионобжит как никогда. Око Саурона горит ярким пламенем. Легионеры не подвели и тут: прямо под всевидящим глазом красуется их новый флаг. Только вот картинка такая себе. На тёмном полотне изображён огромный мозг, обрамлённый чёрными крыльями.

Подходит Воронов. Вид у легата гордый прям ппц. Ну понятно, чья идея.

— Ну как тебе, шеф? — с хитрой ухмылкой спрашивает он.

Я хмурюсь, рассматривая его художественные таланты:

— Это что за жуть? Почему мозг?

Воронов не моргая отвечает, как будто всё логично до невозможности:

— Потому что ты — мозг Легиона. А крылья ворона — это наш вклад. Мы тут, знаешь ли, символизм ценим.

Я вздыхаю. Ну конечно, символизм. Вивисекторский шедевр.

— Нарисуйте лучше филина.

— На фоне вороньих крыльев он будет смотреться не очень, — замечает легат.

— Так и уберите крылья. У филина свои есть.

— Эм… — теперь Воронов не в восторге. — Подумаю, как сделать покрасивше.

— Ну, подумай. Только смотри чтоб без всякого мне.

Из окон донжона доносятся хохот и громкие тосты. Серьёзная работа? Не сегодня. Воронов, как настоящий профсоюзный лидер, подаёт отчёт:

— Сегодня выходной, шеф. Мы усердно трудились, освоили новые техники, заслужили отдых.

Пока поднимаемся в пиршественный зал, я вспоминаю, что эту «тусу» одобрил лично. Более того, по просьбе Воронова добавил в мероприятие ментальных девушек — НПС, чтобы бойцы могли почувствовать себя менее одинокими. Эта идея мне, мягко говоря, не особо нравится. Но, как говорит тот же Воронов: