Перед въездом машина снижает скорость, охрана молча открывает ворота. Я выбираюсь из салона, медленно прохожу по дорожке к массивным дверям.
Заранее знаю, что Настя сейчас носится по магазинам, выбирая наряды к свадьбе. Значит, разговор будет без лишних ушей. И это хорошо.
В холле меня встречает сам Павел Горнорудов. Холодный взгляд, голос ещё холоднее.
— Что тебе нужно, Вещий?
Я даже не моргаю.
— Вещий-Филинов, попрошу, Павел Тимофеевич, — отвечаю ровно, не торопясь. — Давайте наконец расставим всё по местам. Я женюсь на вашей дочери — это уже факт, и свадьба совсем скоро. Перед ней я больше не смогу с вами пообщаться, прилечу на свадьбу прямо с поля боя.
Я делаю паузу, позволяю словам повиснуть в воздухе.
— Сегодня у нас с вами единственный шанс разобраться со всеми противоречиями. Пока я не уехал. Пока ваша дочь ещё не перешла в мой род.Г
Горнорудов внимательно всматривается в меня, молчит несколько секунд.
Делаю шаг ближе, встречая его взгляд.
— Я предлагаю вам мир. Забыть все ссоры и разногласия. Но только если вы искренне этого будете придерживаться.
Павел хмыкает, в глазах что-то вспыхивает.
— Пошли.
Он разворачивается, не глядя ведёт меня вперёд.
Проходим через массивные двери. Внутри — тренировочный зал. Каменные стены покрыты ожогами, магические следы битв въелись в пол, воздух пропитан запахом раскалённого камня и старой крови.
Горнорудов снимает перчатки, медленно разминает кисти, поглядывая на меня.
— Мир, так мир, Вещий-Филинов, — произносит он ровно, затем разворачивается и встречается со мной взглядом.
— Но сначала мы с тобой схлестнёмся. Последний раз.
Глава 18
Усадьба Горнорудовых, Москва
Настя сегодня пропала в свадебных салонах. С головой. Венки, ленты, перчатки, тысяча вариантов, все не то, все не так. Казалось бы, мелочь, но нет. Для нее это была не просто подготовка — это была миссия. Её свадьба с Данилой должна быть идеальной. Без единого изъяна, без малейшего недочёта. Ведь она у него уже пятая жена, а значит, этот день просто обязан ему запомниться. Потом же за Даню выйдет Маша, а там еще кто-то нарисуется, наверняка… Конкуренция за его внимание огромная, и незабываемое впечатление очень сложно оставить. А Насте этого хотелось.
Камила стойко держала оборону рядом, за что Настя была ей безмерно благодарна. Потому что если бы не она, Настя, возможно, до сих пор кружила бы среди манекенов, окончательно потеряв связь с реальностью. Так бы и осталась там — погребенная под слоями кружева, шелковых тканей и стразы, из последних сил сжимая в руках каталог с «правильными» оттенками слоновой кости.