Передав Зеле все нужные распоряжения по подготовке операции, достаю портальный камень и перемещаюсь в Примолодье. Ободрённая моей очной поддержкой, жена тут же радостно целует меня в губы, а потом, успокоившись, садится на подлокотник моего кресла, пока я, откинувшись на спинку, перебираю варианты.
— Может, стоит поехать к лорду Питону и всё объяснить? — предлагает она.
Я качаю головой:
— Нет, мы никуда не поедем. Ты сделала правильно, а за правильные поступки не объясняются. Теперь они сами должны извиняться.
Лакомка вздыхает, явно сомневаясь:
— Но я, наверное, могла бы быть поосторожнее…
— Ты всё сделала так, как должна была, — повторяю твёрдо. — Никто не имеет права оскорблять наших гостей. Ни Габриэллу, ни Архила. Даже если они мои пленники, это всё равно не отменяет их благородный статус.
Альва потягивается, касается моей руки своей и тихо говорит:
— Я так рада, что ты правильно понял мой поступок на благо рода.
— Я сам бы поступил так же, — усмехаюсь. — Правда, кусаться бы не стал.
— Но я же оборотень!
— Ты киска, — хмыкаю.
— И это тоже, — не спорит жена, изящно выгибаясь.
В этот момент со стуком входит дружинник-тавр:
— Конунг, прибыла гостья-дроу из рода Ссил’Заратин.
Ага, вот и начало нового витка клубка интриг.
Глава 15
Приехала, конечно же, никто иной, как сама Гюрза. Карета, проскочившая шлагбаум постовых, даже толком не успела остановиться, как дверь распахнулась, и леди-дроу, шурша длинным платьем, вылезает наружу.
— Король Данила, вы лично меня встретили? — удивилась она, заметив нас с Лакомкой прямо на свежезакатанной парковке.
Я между тем сейчас довольно оглядывал, как преобразилось Примолодье. Там, где ещё недавно торчали пустые поля и неровные колеи, теперь красовался аккуратный поселок. Дороги покрыты асфальтом, ровные, с белой разметкой, вдоль них — новые фонари. Дома выстроены кварталами, крыши черепичные, стены свежекрашеные, и всё это больше напоминало городок из американских сериалов моего старого мира. Там вечно показывали ухоженные пригороды: газоны подстрижены, почтовые ящики у калиток, а на крыльцах — качалки для ленивого отдыха.
Разумеется, в этом мире никакой Америки не существовало — ни страны, ни материка. Последний здесь носил совсем иное название. Но ассоциация всё равно напрашивалась: поселок получился уютным, современным, даже каким-то кинематографическим.
Рабочие ещё кое-где докручивали скамейки и ставили заборчики, а из-за домов слышались стуки молотков — стройка продолжалась, небольшой поселок доводился до ума.
— Леди, мне пришлось отлучиться с боевого похода, — бросаю, оглядев девушку. Алая прядь в её чёрных волосах бросалась в глаза, а тугой лиф откровенно подчёркивал пышную грудь. — Потому мы решим этот вопрос прямо сейчас, не откладывая «на после чаепитие», если позволите и простите мою поспешность.