— Да вы с ума сошли! — кричит она. — Это мое детище! Я в него душу вложила!

— Никто вас не заставлял его дискредитировать, — парирую. — Вы сами пошли на грязный шаг ради денег. Теперь пожинайте плоды.

— Вы чудовище! — Анна хватается за голову. — Обобрать меня вздумали!

Нет, это уже совсем за гранью. Она попалась с поличным, а вместо того, чтобы соблюсти гордость и достоинство, еще и рассыпается оскорблениями.

— Слушайте, я могу спокойно уйти, — пожимаю плечами. — Мне даже не обязательно было приходить сюда, чтобы натравить на вас полицию. Хватило бы воспоминаний Нохтина. Но вы совсем не представляли, с кем столкнулись, поэтому я решил лично показаться. Итак, мне уйти?

Нина сидит тихой мышкой, испуганно поглядывая на свою тётю. Анна же убирает руки с волос и выдыхает громко, как дракониха:

— Нет, давайте договариваться, — она делает паузу. — Хотите забрать мою долю Школы — хорошо, но я бы не советовала забирать всё, иначе я не буду иметь мотивации работать в кресле директора.

— Очень интересно, — отвечаю. — А зачем вы нужны мне в кресле директора? Вы себя уже скомпрометировали как высшее должностное лицо.

— Может и так, — Анна не спорит, хоть и непроизвольно сжимает наманикюренные пальцы. — Но Школу основала именно я, у меня есть связи. Именно благодаря знакомству со мной сюда обращаются столичные гендиры крупных компаний и прочие руководители. Вы можете уволить меня, но тогда я создам новое агентство по обучению ассистентов, и огромный поток клиентов утечет из Школы ко мне в новое место.

Вот в ход пошли и угрозы.

— Забавно. Почему же вы так не сделаете?

— Потому что я люблю Школу, — Анна поникла, голова опустилась. — Как и сказала, она — мое детище. Из-за глупой ошибки я не хочу терять управление над ней, пускай и лишусь акций.

Я в задумчивости чешу подбородок. Оставить Анну в управлении? Это проще всего, не надо будет вникать в процессы Школы, и останется только получать дивиденды. С другой стороны, будет ли Анна замотивирована хорошо работать после того, как лишится участия в собственности?

— Хорошо, вы останетесь, — решаю. — Кроме того, я заберу только семьдесят процентов ваших акций. Тридцать останутся ваши.

— Правда? — округляет глаза женщина.

— Да, вы будете на испытательном сроке, — киваю. — Если спустя два года ключевые показатели Школы удвоятся, то получите еще часть своих прежних акций.

Тамара удивленно смотрит на меня. Анна же радуется, тщетно пытаясь сохранить маску невозмутимости. А Нина как была с самого начала растерянной куколкой, так ей и осталась. Впрочем, от юной «суккубки» мне ничего не нужно.