* * *

Русский район в Лос-Анджелесе, который в народе называли «Маленькая Одесса». Давно я хотел наведаться сюда, но всё не доходили руки — то времени не было, то что-то мешало… Всего 13 миль, 20 минут езды от моего дома…

(современная карта)

Интересный район… Район, где практически каждая вторая вывеска была написана на русском, а на тротуарах сновали эмигранты из СССР — кто-то с продуктами, кто-то просто беседовал, покуривая. Этот уголок Лос-Анджелеса давно облюбовали выходцы из Советского Союза, кажется, ещё в 70-х — бывшие инженеры, музыканты, мелкие торговцы и, конечно же, русские бандиты, прибывшие в Америку в поисках новой жизни, новых возможностей и больших денег, которые можно было заработать честным путём, или гораздо быстрее, если забыть про законы.

Я въехал в Little Odessa, катясь по Santa Monica Boulevard, а затем свернул на Fairfax Avenue. Вест-Голливуд, особенно район ближе к пересечению с Melrose Avenue, был наполнен русскими магазинами, барами и закусочными. Я неторопливо прокатился мимо «Русской Ривьеры», закусочной, от которой разносились запахи борща, варёной гречки и чеснока, остановился на красном сигнале светофора и покрутил головой, воспользовавшись короткой паузой.

Витрины магазинчиков сияли знакомыми с детства и юности товарами: «Балтика», «Мишка косолапый», «Сельдь под шубой», «Квас»… Через дорогу виднеется вывеска «Русский книжный», за стеклом которого красовался свежий номер газеты «Русская жизнь» и стенд с книгами Достоевского…

На тротуаре, прямо на асфальте, подстелив газеты, разложились уличные торговцы, предлагая прохожим весь свой ширпотреб — от советских значков, армейских ремней до тельняшек, шапок-ушанок и матрёшек с лицами Горбачёва.

Цены были нацарапаны обычной синей ручкой на рваных картонках: «Всё по 1$! Бери три — за 2,50!», «Шапка ушанка — 15 баксов! Настоящий мех!», «Настоящие русские часы „Ракета“ — 20$!».

Мужик в спортивном костюме «Adidas» вёл серьёзные переговоры с потенциальным клиентом, отвечающим ему на английском, уверяя, что «эти часы — с офицерского склада, механика вечная, друг, таких уже не делают!»…

Я свернул на перекрёстке, проехал ещё метров двадцать, остановил свой Харлей у бордюра и заглушил двигатель, с минуту ещё просто сидя и наблюдая за улицей…

Кто-то из местных с интересом поглядывал в мою сторону — то ли я выглядел здесь «чужим», то ли мой байк… Непонятно…

Поставив Харлей на подножку, я сунул подмышку шлем, подаренный мне Джимми бонусом, и неторопливо двинулся вдоль улицы, разглядывая советскую жизнь, перекочевавшую в солнечный Лос-Анджелес…