— Но если ты обычный гоблин

Тебе не светит никогда

Такая грудь, такая жопа

Такая тёлка как она… — начал он тихонько напевать себе под нос, косясь в сторону Брумгильды. И троллиха в ответ опасно блеснула взглядом в его сторону, заставив его петь потише.

Я не выдержал, громко прыснул со смеху. Забавные они. В этот момент постучали в дверь. И громко. Это Никифорыч что-то от меня хочет.

— Быстро скрылись, — прошептал я, и мои помощники удалились в свои убежища.

Я открыл дверь, встречаясь взглядом с возмущённым Никифорычем.

— Катька прислала убраться, — вошёл он внутрь. — И де там у тя стену рушить?

Взгляд его заблуждал по кабинету.

— Вот эту, — коснулся я стены с отпечатком Гоб. — Что-то ты опять не в настроении.

— Тамарка твоя опять выделывается, — пробурчал старик.

— Эй, почему это она моя. Я всего лишь свёл вас вместе, — подчеркнул я. — Теперь ты сам, старый. Или порох уже не тот в пороховницах?

— И порох есть в пороховницах, и шары в шароварах, — пробурчал Никифорыч. — Просто подметил, что её духи слишком резкие. У меня аллергия на них, вон чё. Чихать начинаю.

— Так купи ей другие, подари, — предложил я. — Что ты как маленький?

— Сам знаю, что делать, — заблестел взглядом старик. — И сам ты сопля, ишшо учить меня будешь, ага!.. Да я поболя тебя девок потаскал! — он сгрузил блюда на тележку и покатил к выходу, бурча под нос: — Купить духи… ишь чего взял… конечно, куплю…

После того, как старый скрылся в коридоре, мой телефон прозвенел. Сергеич.

— Да, слушаю, — ответил я ему.

— Владимир, всё получилось быстрее, чем мы думали, — радостно ответил рекрутёр. — Воронежские пришли толпой, с повинной. Мы их кое-как разместили в бараках. Но и это ещё не всё.

— Так, видимо принесли общак, — не сдержал я улыбки.

Всё настолько выходило складно, будто по нотам. И это не могло не радовать. Я думал, что воронежские ещё немного будут сопротивляться, спорить. Поэтому и прикинул, что через сутки примерно они поймут, что их положение безнадёжное.

Но они отреагировали сразу же, как только узнали, что Хазаров помер. Да ещё и общак прихватили. Как же этому не радоваться?

— И сколько в общаке? — поинтересовался я.

— Ты не поверишь! Шестьдесят лямов! Шестьдесят! — воскликнул Сергеич.

Я опешил от такой цифры. Да, не ожидал, что Хазаров накопит столько деньжат. Да ещё и не откусит от него приличную часть. Видно так спешил свалить, что не успел добраться до своего сокровища.

Ну тем лучше. Нам больше досталось.

— Запасливый ублюдок оказался, — произнёс я.

— Что с деньгами будем делать? Раздавать не советую, разленятся, потом на шею сядут. Затем опять начнут ларьки обносить и прочее, — подчеркнул рекрутёр.