Питбуль глухо зарычал и понесся на испуганного мужчину. Только сейчас я заметил, что пес без намордника. Рядом проезжающая машина осветила озлобленного пса бойцовской породы с двумя рядами зубов и крепким мускулистым телом. Такого кто угодно испугается.

— Не-е-ет! Не надо! — Ин-ёп бросился в сторону от несущегося на него пса и выбежал на дорогу.

Фары на мгновение осветили его. Далее послышался визг тормозов и глухой звук удара. Ин-ёпа отбросило в сторону на лобовое стекло встречной машины.

Водитель вырулил в тсорону и въехал в столб. Тело Ин-ёпа упала на переходную дорогу. Все произошло так быстро, что я замер на мгновение, не совсем осознавая случившееся.

— Что же я наделала, — выдохнула Мина и прижала руки ко рту.

— Ты здесь не при чем, — твердо сказал я и обнял ее.

— Но ведь это я велела Сувону…

— Ты ничего не сделала, — повторил я и посмотрел ей в глаза. — Он хотел убежать, чтобы не нести ответственности за нападение, и сам попал под машину. А теперь зайди домой и уведи с собой Сувона.

Впереди показалась полицейская машина. Мина вытерла слезы, позвала Сувона и двинулась к дому. Не хочу, чтобы еще и ее допрашивали.

Когда полицейские подъехали, то сами вызвали дорожную полицию и скорую помощь. Однако, как выяснилось, скорая помощь Ин-ёпу уже не нужна.

После первичного опроса меня отвезли в отделение. Мне снова попался следователь с уставшим лицом. Судя по всему, он здесь больше всех работает, поэтому так выглядит.

Чуть позже привезли еще трех свидетелей, один из которых видел, как на меня напали, а два других видели, как от неосвещенного дома побежал мужчина и сам бросился под колеса машины. Пожилой мужчина в очках сказал, что мельком видел пса, но не уверен, ведь почему-то света в том месте не было.

Напавший на меня мужчина, который был без сознания, пришел в себя и под давлением полиции рассказал обо всем. Слова Ин-ёпа про Хван Сок Ёля подтвердились. Второго нападавшего нашли быстро, так как он с вывихом в локтевом суставе обратился за медицинской помощью. Он также подтвердил, что его нанял президент ГлобалВижн.

Только после полуночи меня отпустили домой. Я вышел на улицу и, зябко поежившись, побежал в сторону дома. Путь мне был уже хорошо знаком. Что-то зачастил я в полицейское отделение.

Мина не спала. Она сидела в темноте у окна, смотрела на улицу и плакала.

— Это я виновата в смерти Ин-ёпа, — сквозь слезы сказала она, когда я подошел к ней.

— Нет. Он сам побежал в сторону дороги.

— Не надо было брать с собой Сувона. Я даже намордник ему не надела.

— Милая моя, — я прижал ее к своей груди. — Если бы Ин-ёп не напал на меня с битой, то был бы жив и здоров. Он сам виноват в своей смерти.