Интересно, а в коллекции Жукова его нет? А то возникла бы очень ироничная ситуация.

— Это уже ваши проблемы, — пожал я плечами. — Амулет мне нужен. Вот три моих условия.

Филимонов сжал кулаки и покраснел. У него не было выхода. Он уже показывал сына другим врачам, и помочь ему не смогли.

Поэтому ему придётся согласиться на все эти условия. Раз уж ко мне обратился враг, следует извлечь из этого максимум пользы.

— Хорошо, — наконец, процедил он. — Я согласен.

Мы взялись за руки и произнесли слова магического договора. С этого момента он связал нас. При его нарушении Филимонова ждало наказание в виде мощного проклятия. А ребенку при этом ничего не угрожало.

— Когда вы осмотрите моего Вадима? — спросил Филимонов после заключения договора.

— Завтра вечером, — ответил я. — Куда мне подъехать?

Вряд ли бастард живёт в особняке барона. Так и оказалось, Филимонов назвал мне адрес квартиры, причём далеко не в центре Санкт-Петербурга.

— Тогда до завтра, — подытожил я.

— Всего доброго, — мрачно кивнул Филимонов.

Условиями сделки он явно остался недоволен. Но тут уж ничего не поделаешь.

И я отправился домой.

* * *

Кобылин был в ярости. Он был готов разгромить весь свой кабинет, если бы не потратил на его обстановку столько денег.

Как же надоел этот Боткин. Как же он надоел! Чёртов Константин.

— Дядя Семён, вы в порядке? — в кабинет осторожно заглянул Валера.

— Чего тебе? — гневно воскликнул Кобылин. — Не мог убедительнее поддержать меня на заседании совета? Не мог уговорить своего дружка тоже дать показания? Это всё ты виноват!

— Я сделал всё, что мог, — возмущённо ответил Валера. — Кто знал, что Боткин так изящно выкрутится.

Точное слово, изящно… А Кобылину пришлось ещё полчаса доказывать в кабинете главного врача, что он действовал с исключительно благими намерениями! Николай Андреевич ему вроде бы поверил, но сомнения в нём уже породились.

А этого нельзя допускать!

— Давайте придумаем новый план, я сделаю всё, что вы скажете, — торопливо добавил Ковалёв.

— Ещё как сделаешь, — кивнул Кобылин. — Выбора у тебя нет.

Осталось придумать сам план…

* * *

Вечером мне отзвонился Брусилов из учёного совета. Наш проект был одобрен, теперь нужно было подойти к ним для обсуждения деталей. Я договорился на вечер среды. Завтрашний вечер уже занят лечением сына Филимонова.

После этого я позвонил Чехову, поделился хорошими новостями. Мы договорились о месте и времени встречи в среду.

— Что всё-таки мы будем теперь делать? — пропищал крыс, когда я закончил со всеми разговорами. — Как ты собрался прижать Кобылина?