Закончив с разговором, поехал домой. Документы, к счастью, все оказались в целости и сохранности. Вот и мой заграничный паспорт. Первый в жизни. И Шенгенская виза в нём.

Насколько я знал, Шенгенская виза давала разрешение на въезд не только в Германию, но и в другие страны Европы. Точный список был мне неизвестен, да и не собирался я там путешествовать.

Итак, далее — к Раскольникову. Я проконтролировал его работу, дал задания на время моего отъезда. Он отлично справлялся и сам, но контролировать всё-таки надо.

Последний пункт воскресного дня — Настя. Всё-таки меня четыре дня не будет, так что провести с ней время тоже надо было.

После этого я вернулся домой и выдал отдельные инструкции Клочку. Ему надо было кормить Фокса, он оставался дома за главного. Крыс переживал свой домашний арест с достоинством, и даже не капризничал. Я строго предупредил его, чтобы даже не думал сбегать из дома — узнаю всё равно.

Разобравшись со сбором вещей в поездку, лёг спать.

Утром встал пораньше, попрощался с Клочком и Фоксом, и отправился в аэропорт. Там меня уже ждала Каштанова, с внушительным чемоданом рядом с собой.

— Доброе утро, Константин Алексеевич, — бодро поздоровалась она. — Как вы? Готовы к нашему путешествию?

— Вполне, — кивнул я. — Но судя по всему, у нас с вами разные путешествия. Вы куда-то летите на месяц?

Екатерина Владимировна смущённо улыбнулась.

— Ну, я не была уверена, что взять с собой в поездку, — призналась она. — Решила захватить побольше разных нарядов. Мало ли что понадобится при переговорах.

Типично для женщин. Я же решил обойтись небольшой дорожной сумкой, которую можно было даже не сдавать в багаж, а забрать как ручную кладь.

Перехватил чемодан Каштановой, просто не мог позволить хрупкой женщине тянуть такую тяжесть, и мы отправились на стойку регистрации.

— Летите в свадебное путешествие? — с улыбкой поинтересовалась сотрудница.

— Рабочая поездка, — ответил я. — Доброе утро.

Каштанова почему-то очень смутилась этого вопроса, и поспешила спрятать лицо.

Сотрудница аэропорта взяла наши документы и принялась за проверку.

— Прошу прощения, — покраснела и она, признав свою ошибку. — Ваш рейс сто пятьдесят три сообщением Санкт-Петербург — Гамбург, вылет через один час сорок пять минут, выход три. Всего хорошего!

Мы прошли в зону ожидания уже без внушительного чемодана Екатерины.

— Первый раз лечу в Европу, — смущённо призналась женщина. — Так что даже рада, что не одна. С вами как-то спокойнее.

— Я тоже первый раз, — пожал я плечами. — Надеюсь, поездка пройдёт хорошо.

— Я тоже… — Екатерина собиралась сказать что-то ещё, но моё внимание привлёк мужчина, активно спорящий с сотрудниками аэропорта.