— Предложи другой вариант откупа, Виктор, — ровно произнес Боло. — Надеюсь, он у тебя есть?

— Разумеется, — кивнул я и, глядя ему в глаза, потребовал: — Сдержите свое слово.

Боло попытался прожечь меня яростным взглядом.

— Да как ты смеешь⁈ — приглушенно прошипел он. — Объяснись!

— Вы выгнали младшую дочь из дома, — спокойно произнес я. — Доведите это дело до конца. Ровно в том ключе, который вы сами же и обозначили.

И Боло, и Патриарх смерили меня нечитаемыми взглядами.

Я молча ждал.

— Все-таки ты хочешь ее заполучить, — наконец, сказал Боло.

— Будь на моем месте кто-то вроде вас, господин Боло, он решил бы, что Валери уже принадлежит ему, — хмыкнул я. — Ну а что? Я ставлю перед ней задачи, я плачу ей деньги, я одеваю ее на приемы… К тому же, она моя невеста по договору между родами, который вы, господин Боло, подписали своей рукой.

Боло зло прищурился.

— Однако я всего лишь хочу дать ей выбор, — закончил я.

Взгляд Патриарха стал задумчивым, да и Боло явно слегка отпустило.

Я понимал, что, с одной стороны, таким заявлением я ослабляю свои позиции. Выбор — штука шаткая. Особенно когда на него кто-то будет пытаться повлиять. Особенно когда речь идет о юной максималистке.

Однако, с другой стороны, именно от влияния Боло на дочь я и страховался сейчас. Слишком легко неправильно понять пару жестких фраз, вырванных из контекста. А в том, что Боло попытается очернить меня в глазах Валери, используя мои же слова, я ничуть не сомневался.

Здесь и сейчас я не сказал ничего, что не смог бы повторить, глядя в глаза самой Валери. Я на ее стороне. Без всяких двойных толкований и допущений.

И даже ее отец ничего не сможет с этим сделать.

— И ты не будешь ее неволить? — насмешливо поинтересовался Боло.

— С какой стати мне это делать? — показательно удивился я. — Мне рабыня не нужна. Напротив, я хочу, чтобы ее не стал неволить никто. Особенно вы, господин Боло.

— Она несвободна по определению, — фыркнул он. — Она несовершеннолетняя.

— Эмансипацию никто не отменял, — пожал плечами я.

— Без моей подписи… — начал Боло и осекся.

Он понял, к чему я вел.

— Доведите дело до конца, господин Боло, — подтверждая его вывод, потребовал я. — Если ваша дочь захочет стать свободной, вы ее отпустите. И подпишете ее эмансипацию. Это мое условие. Тот откуп, который я готов принять от вас.

В кабинете повисла тишина.

Патриарх с интересом рассматривал меня, Боло сверлил меня тяжелым взглядом.

Я спокойно ждал.

— Соглашайся, Харит, — произнес Патриарх. — Виктор не требует ничего неприемлемого. И раз уж так сложилось у тебя с дочкой, надо дать девочке шанс. Мальчик же не требует от тебя молча исключить ее из рода. Возможность поговорить с ней у тебя будет. А если нет… Ей до совершеннолетия сколько осталось? Меньше полугода? Захочет — сбежит чуть попозже, уже имея на то право, и ты ее все равно не остановишь.