— Господин Джамаат, — мягко улыбнулся я, — ничего не имею против общения с вами, но предлагаю все-таки сначала обсудить дела. Мы с вами все-таки занятые люди.

— Да, конечно, господин Дамар, — поспешно кивнул он. — Прошу прощения.

— Не стоит, — качнул головой я. — Странно было бы упрекать вас за вежливость. Так, зачем вы хотели со мной встретиться?

— У меня сразу несколько вопросов, господин Дамар, — слегка улыбнулся Джамаат. — Давайте начнем с договоров купли-продажи, которые вчера поступили на регистрацию. В них продавцом значитесь вы, а покупателями роды Чуйми и Рачи.

— Все верно, — кивнул я. — Что с ними не так?

— Эм… господин Дамар, а как вы собираетесь передавать поместья покупателям? — осторожно поинтересовался Джамаат. — Разве поместья не привязаны к крови вашего рода?

— Пока привязаны, — кивнул я. — Но это не проблема. Я могу снять эту привязку в любой момент.

Джамаат вытаращился на меня не столько с удивлением, сколько с подозрением. Точнее, его скорее удивила моя предполагаемая наглость. Все-таки я сейчас сказал то, что в его картине мира попросту невозможно.

— Каким образом? — все же уточнил он.

— Тайна рода, — ответил я.

И осознал, что у нас проблемы.

Раскрывать подробности ни начальнику градостроительного департамента, ни уж тем более наследнику рода Джамаат я не собираюсь. А без этого он мне не поверит. Слишком долго считалось, что снять кровную привязку с поместья на защитной линии невозможно. Без потери титула, по крайней мере.

Но становиться простолюдином я явно не собирался, и Джамаат это понимал.

— Боюсь, я вынужден настаивать, господин Дамар, — нахмурился он. — Я не могу зарегистрировать сделку на неотчуждаемое имущество рода. А оно у вас стало именно таким после того, как вы провели кровную привязку.

Я задумчиво смотрел на чиновника.

Формально я могу его просто послать. Неотчуждаемым имущество рода не становится само по себе. Даже если есть кровная привязка, и о ней известно, — тоже вопрос, кстати, как чиновники это узнали, — я все равно должен подать соответствующее прошение и его должны подписать и зарегистрировать.

Но фактически и Джамаат может тянуть с регистрацией сделки под соусом подозрения о мошенничестве. Это сейчас он вежлив и пытается всячески обойти острые углы. Если же я не пойду ему навстречу, он имеет полное право придержать сделку, которая имеет сомнительные признаки. А что может быть сомнительнее действующей кровной привязки? Любая инстанция вплоть до императора, которая будет разбирать наш конфликт, встанет на его сторону.

А это время. Возможно, очень много времени.