Род бегло прошелся по ящикам, примерил оружие по руке и наметил себе ружье и пару пистолей. Хотя они и не отличались друг от друга.

— С них и начнем, когда у тебя в ушах звенеть перестанет, — усмехнулся я.

— Кажется, теперь никогда! — он потряс головой. — Нельзя сделать их тише?

— Нет, нельзя, — сказал я. — Для тихой охоты возьмешь лук или арбалет.

Разумеется, можно, но это будет совершенно другое. Глушитель на подобные стволы не поставить, надо использовать другие принципы. Например, если вспомнить Жирардони с его пневматическими ружьями. По убойности они не уступали пороховым своего времени. Да их и перезаряжать проще — не насос использовать, а магию. Но это потом, когда уже наши мастерские освоят обычное традиционное оружие. Потому что там нужна ювелирная точность в подгонке всех этих допусков и посадок. Тут хотя бы приблизительную обеспечить — плюс-минус лапоть.

— Выбрал? Ну тогда снаряжай, — кивнул я на бочонок с порохом.

Род с довольной миной снарядил оба пистоля и протянул мне.

— А мишень кто ставить будет? — понукал я его.

Род вздохнул, взял деревянный щит под мышку и начал отмерять шаги. Дистанция как в тире, тем более на большую я и не рассчитывал.

— Готово, Гарс!

— Ну и хорошо… — я вскинул пистолет и обеспечил ему очередной звон в ушах.

Короче, такими темпами мы управились ближе к закату, пристреляв все железо.

— Ну что, оружие вроде есть, — сказал Род, садясь в фургон, в который мы погрузили все, чтобы даже и следа от наших испытаний не осталось.

— Не все, но есть, — сказал я. — Теперь остаются люди.

— Да. Хочешь набрать группу по образцу нашей спецгруппы Легиона?

— И не только. Нужно готовить себе смену из самых способных и умелых.

— Ты на покой что ли собрался? — вытаращил глаза Род. — Не рано?

— Не рано. И не на покой. Нам нужны свои колониальные силы. Считай, второй Легион. Свой, который будет работать здесь. А теперь подумай сам. Сколько нас всего? Да я сейчас буду мучаться набрать дюжину самых лучших и умелых. Не думаю, что из нашей банды, прибывшей с Черного Истока кто-то будет гореть особым желанием бросить семьи, хозяйство и вообще будущее для своих детей, чтобы во славу Короны делать нашу грязную работу, — усмехнулся я, слишком пафосно это прозвучало. — И в итоге что? Костяк — ты, я и Сид. Все!

— Я поговорю с остальными…

— Поговори, — кивнул ему я. — Но говори сразу всю правду, что мы, считай, возвращаемся на службу в Легион, и будем лезть к черту на рога. И кто-то может не вернуться. Если увидишь малейшие сомнения — сворачивай разговор.

— Ну да, — подтвердил он. — Сомнение в бою — верный путь за Грань.