— Кто ты? — спросила она сжимая свой посох и готовая к нападению.
Я откинул капюшон и выжидающе посмотрел на неё — какая же реакция у неё будет? Повисла тишина. Но на лице читалось удивление, не более того. Страха или гнева, чего я так боялся, не было.
— Владимир? Это ты? Ты жив? — удивленно воскликнула она без капли агрессии.
Я выдохнул с облегчением и улыбнулся ей.
— Да, как видишь, — ответил я ей. — Здравствуй, Эгле. Как это не странно, но я рад тебя видеть.
Она ещё какое-то время покалебалась и медленно подошла ко мне, я тоже приблизился к ней, держа руку на рукояти меча под плащом. Когда между нами оказалось лишь пару шагов, мы остановились, Эгле посмотрела мне в глаза, и тут я понял, что она готова расплакаться, её подбородок дрожал. Отпустив меч, я с улыбкой протянул к ней руки. И она бросилась в мои объятия, между тем не уронив посох.
— Я так рада, что ты жив! Прости меня.
— За что простить? — удивился я.
— Я… Я не встала на твою защиту. Ведь раз ты жив, то та тёмная штука не имела отношения к Тьме? — она отстранилась и посмотрела мне в лицо.
— Нет, конечно, — я с горечью улыбнулся уголком рта. — Дымка Илины ведь тоже не имеет никакого отношения к Тьме.
— Я много об этом думала, — она отвела взгляд. — Мне удалось поговорить с тем эльфом, что был с невестой короля. Он сказал, что ты ему не нравишься, но он сомневался, что ты убил Нуриэль. «Я его предупреждал, что так случится, но он мне не верил» — так он сказал. И знаешь, ведь за всё время ты ни разу не сделал ничего плохого. Я… Прости, я нашла твою служанку. Я знаю, что ты дал ей денег на новую жизнь просто так, что ты защитил её. И тогда я окончательно убедилась, что всё это была ложь, что мне нужно было доверять своим чувствам.
— Что? Ты видела, — я запнулся, вспоминая имя, — Руту?
Её глаза расширились от удивления.
— Ты всё ещё помнишь её имя?
— Разумеется. Как она там? Надеюсь, жизнь её сложилась удачно, — продолжил я играть роль хорошего парня. За все эти годы я и не вспоминал ту девицу, разве что первое время.
— Да, она вышла замуж, у неё растёт прекрасный сын.
— Что ж, я рад, она хорошая девушка, — улыбнулся я.
— Прости меня, прости, — она сжала левую ладонь в своих руках и жалобно посмотрела на меня.
— Мне не за что прощать тебя, — я поправил прядь её волос, ведь тактильные прикосновения повышают уровень доверия; разумеется, если вам позволяют к себе прикасаться. — Ты была обманута как и все, но твоя ли это вина?
— У короля много врагов, — начала она оправдываться. — Они очень коварны. Никогда бы не подумала, что можно так легко оклеветать невиновного человека.