* * *

После стука в комнату Даны вошёл Марко.

— Доброе утро, госпожа. Как вы себя чувствуете сегодня?

Он улыбнулся девушке и сел в кресло, которое так полюбил Владимир. Дана задумчиво посмотрела куда-то сквозь него не спеша с ответом.

— Знаете, на удивление хорошо, учитывая последние беспочвенные обвинения.

— Беспочвенные? — удивился лекарь и тут же себя поправил: — Конечно, как скажете.

— Как долго вы будете продолжать со мной эти пустые беседы? — Дана с раздражением посмотрела на него.

— Скорее всего, это будет продолжаться не один год.

— Что вы имеете ввиду? — девушка в удивлении приподняла бровь.

— Только не волнуйтесь, это по настоянию вашего отца.

— Что он хочет? Что вам сказал?

— Он попросил… меня следить за вашим психическим состоянием.

— На каком основании? Вы же сами говорили, что я здорова, что психоз прошёл.

— Знаете, некоторые больные могут быть очень убедительны. Я всегда сомневался в степени вашего душевного здоровья, но теперь…

— А что теперь?

— После недавних событий мне стало ясно, насколько вы можете быть коварны под действием своих галлюцинаций. Признайтесь, вы ведь до сих пор видите Владимира?

— Ничего подобного, — усмехнулась Дана, и это было правдой, она уже почти два месяца не видела его.

— Хорошо, как скажете. Что вам снилось сегодня? Не хотите рассказать?

— Вы не верите мне? — она с прищуром посмотрела на Марко.

— Почему же, верю. Но галлюцинации могут вернутся в любой момент. А может, вы просто не хотите меня расстраивать, потому и не признаётесь?

Дана была возмущена словами мужчины до глубины души. Её дыхание участилось, она начинала злиться.

— Убирайтесь!

— Ну что же вы так, — Марко скривился как от лимона, — я ведь хочу вам помочь.

— Убирайтесь!

— Что ж, как скажете, — вздохнул он. — До завтра, госпожа Дана.

Он встал и направился к выходу.

— Можете не приходить, я не желаю вас больше видеть, — высокомерно заявила девушка.

— Простите, но это не вам решать. Всего хорошего!

Наконец, он вышел и Дана услышала приглушённые голоса, видимо её охранник о чём-то спросил лекаря. Она быстро подошла к двери и прислушалась.

— Увы, нет, очень болезненно восприняла.

— Но вы ведь не говорили ей, что подписали бумагу о невменяемости?

— Разумеется нет! И вы не смейте говорить, ни в коем случае! Боюсь, эта новость может вызвать у неё обострение.

— Хорошо, но стоит предупредить слуг.

— Вы правы, я зайду к управляющему.

— Всего доброго.

— И вам тоже.

Дана на ватных ногах подошла к кровати и упала на неё. Как Марко мог? Как он посмел подписать бумагу о невменяемости? Ведь теперь она никогда не сможет получить власть в свои руки, даже после смерти отца! Почему ей так не везёт? Почему весь мир ополчился против неё?