— Я всё понял, — кивнул мужчина.
* * *
По возвращению домой Венедикт заметил общую встревоженность слуг, но решил не застрять на этом внимания, пока один из краснокожих не прервал его размышления:
— Господин, вас ожидает ваш отец, — сказал он в почтительном поклоне.
Мужчина ненадолго растерялся, так как считал смерть отца делом времени, которое, к слову, затянулось.
— Привезли его труп? Не оповестив заранее? — удивился он.
— Нет, он жив и ожидает вас в своих покоях.
— Он здоров?
— Да.
«А вот это интересно», — подумал инквизариус. Не теряя времени, он направился в ту часть особняка, куда уже давно не заходил за ненадобностью.
Шторы были задёрнуты от предрассветных лучей солнца, в комнате царил полумрак. Но Венедикт, как и все демоны, прекрасно видел в темноте, пусть и в бледных оттенках, но чётко. Отец сидел в кресле и больше походил на труп. Если бы не открытые огромные глаза на худом лице с впалыми щеками, что смотрели прямо на него, он бы принял его за манекен. Причём одежда его была явна велика и смотрпелась чужеродно. Да и лысый череп придавал сходства больше с неживым, чем с живым.
— Отец! Я рад видеть тебя в добром здравии! — покорным тоном сказал Венедикт сделав низкий поклон.
— Я тоже рад видеть себя достаточно живым для того, чтобы ходить и разговаривать.
Он встал и стало видно, насколько его костюм велик, он телепался как балахон жреца, а брюки походили на длинную юбку.
— Я прикажу слугам ушить твою одежду.
— Не стоит.
Он подошёл к сыну, что был ненамного выше него, и пристально посмотрел в глаза. Потом всё же резко обнял за плечи. Длилось это недолго, после чего он отстранился и похлопал Венедикта по плечу.
— Ты возмужал.
— Спасибо, отец. Но теперь ты снова станешь главой дома, я верно понимаю?
— Верно. Никогда ещё я не чувствовал себя настолько живым, — усмехнулся он. — Надеюсь, тебе никогда не придётся испытать подобное.
— Надеюсь.
Флавий вернулся в кресло, выдав усталый вздох.
— Как твои успехи на посту инквизариуса? — полюбопытствовал он.
— Весьма неплохо.
Повисла пауза.
— Что ты думаешь о новоявленном Аветусе?
Вопрос отца застал Венедикта в расплох. Он не ожидал, что тот будет в курсе событий последних лет.
— Я думаю, что это самозванец.
— И для этого есть причины? — удивился отец.
— За три года он не предпринял ничего. Только странные заявления и прятки.
— Странные заявления?
— Он приручил элементаль, ведёт сбор бесов, которых непонятно куда девает, а недавно заявил, что переманил на сторону демонов одного из героев.
— И ты говоришь, между тем, что он ничего не предпринимает?