— О, Вайз! Здорово, что ты вернулся. — улыбнувшись, ответил Лир и отпил из кубка: — Вина не желаешь?

— Желаю.

— Хорошо. — Князь вытащил второй кубок и налил из вытянутой глиняной бутылки: — Айка рассказала мне всю эту ситуацию с тобой.

— Правда? — внутри повисло что-то неприятное.

— О, ничего страшного в этом нет. Айка сильно поменялась, когда начала путешествовать с авантюристами. Просто я искренне верил, что она спасает тебя из чистых побуждений. А ты у нас, оказывается, таскал при себе легендарные вещи. Ее, конечно, тоже можно понять.

— Ага… И тем не менее, я не лез к ней на лошадь.

— Это я тоже понимаю. Да и дело уже не в Айке. Ты хороший парень, Вайз. И пусть твоя истинная храбрость и честь пока глубоко в душе… — Князь задумчиво улыбнулся и взглянул на огонь в камине: — Сейчас ты с нами. Ты почетный член нашей группировки! Нашего клана… Поэтому, что бы ты не сделал и как бы моя дочь тебя не ненавидела, мы все равно останемся на твоей тороне.

— Благодарю вас, Князь.

— Хофелы помогают всем нуждающимся. Это наш устав. Наша собственная воля. Ну а Айка уже не хофел… Печально это признавать, но факт остается фактом! Ее не переделать. Жизнь за стеной испортила ее. Деньги всегда развращают людей…

— Ну, тут скорее вопрос выживания.

— С этим тоже согласен. Обидно, просто. Джейн воспитывала Айку, как доброго ребенка, который будет заботиться об окружающих. А в итоге… Ай, не мне об этом судить. — Князь улыбнулся и отпил из кубка: — Ты же ходил к драконам, верно?

— О, да… Я и не думал, что они все такие огромные!

— Согласен. Драконы те еще зверюги. Общался с раввином?

— Именно… И вы знаете…

— Тебя надули, как последнего деревенского дурака? — Лир хитро улыбнулся.

— Да. Я поддался на провокацию и в итоге остался ни с чем. — ответил я и отпил из кубка. По сути, я бы им все равно ничего не сделал, а Князь уже предвкушал очередную историю о несправедливости.

— Бывает, что поделать? Драконы — опасные существа. Их власть в этих землях безгранична! Они контролируют все, что связано с деньгами! Все экономические потоки. И уж поверь — своего явно не упустят!

— Еще бы… Я отдал им мешок с проклятым золотом. Но прежде, чем попасть в синагогу, пьяный шериф посоветовал мне пролезть через трубу. И это оказалась каналья!

— Превосходно! Ты был унижен до глубины души! Попасть в синагогу через каналью… Такого я еще не видывал!

— Нет… Я попал туда через центральный вход. Когда я полз по трубе, на толчок пристроился один огромный товарищ и чуть заживо не сварил меня раскаленной платиной.

— Высшая несправедливость! Как же я кайфую!! — Лир чуть не обкончался и начал намахивать рукой себе на лицо.