— Псих, — едва слышно выдохнула она.

— Я? — тут же в удивлении вскинул брови Иван, довольно глянув в окно.

Девушка проследила за его взглядом. За толстым бронированным стеклом поднимались клубы дыма. Судя по тому, что на такой высоте ветер не успевал сносить их в сторону, взрыв произошел уровнем или двумя ниже.

— Мы, сестренка, — вдруг жестко отрезал мужчина, вновь вдавливая Алену в стену. — Мы!

Глаза девушки широко распахнулись. Теперь ей стало ясно, к чему родич несколько лет собирался «совместные фото».

— У тебя не выйдет, — выдохнула она пересохшим ртом. — Это…

Волконская покосилась на рассыпавшиеся по полу яркие фотографии.

— … Вообще ничего не доказывает!

— Конечно, нет! — продемонстрировал безумную ухмылку Иван, присев на корточки и взяв в руки одно из фото. — Даже то, что ты проводила столько времени в Архиве, ничего не доказывает?

Едва заметная складка пролегла на переносице Алены. Она не сразу сообразила, что именно имеет в виду родич. Но, сопоставив план здания…

— Вижу, поняла.

Волконская и впрямь побледнела.

Тварь перед ней не просто разрушила ее «уединенный» мирок, но и буквально уничтожила его!

«Ольга Ивановна!» — резанула по душе лезвием тревоги следующая мысль.

Старший архивариус. Именно она помогла потерявшей всяческие ориентиры молодой девушке несколько лет назад обрести свой собственный островок спокойствия.

Перед внутренним взором Алены успела промелькнуть целая череда лиц сотрудников, что относились к ней как к своей, давая возможность побыть в уединении не просто из-за разницы в положении.

— Жертв быть не должно, — хмыкнул Иван, сполна насладившийся калейдоскопом эмоций, сменившемся на лице «дичи». — Я включил тревогу заранее… в этот раз.

Девушка едва не сползла по стене. Но на ногах все-таки удержалась.

— Ты безумец, — с ужасом и отвращением бросила она.

— Мы, дорогая моя, мы. — жестко обрубил парень.

— Тебе не поверят! — мотнула головой Алена.

Мужчина издал странный звук и, отпустив запястья девушки, отступил на полшага.

— Мы говорим о преступлении, связанном с риском обрушения здания, — поднял наставительно палец к потолку мужчина.

Голос родича моментально изменился. Сейчас он был похож на того юного паренька, что выиграл столичный конкурс юридических дебатов два года назад.

— Преступление особой тяжести даже по имперским законам, — продолжил Иван. — Клановый же кодекс готовит еще более суровую кару.

— Ты не докажешь! — прошипела Алена, всматриваясь в полные мрачного безумия глаза.

Парень хохотнул и… уже через секунду смеялся в голос. Громко, визгливо и страшно.