Целительница кивнула. Последние дни приучили ее, что просто так ничего на этой территории не происходит.

— Нормальные герои всегда идут в обход, — припомнила Кошкина одно из любимых изречений Павла, пусть тот ни разу и не смог объяснить, что именно имеет в виду.

Марика тут же мазнула по экрану, увеличивая масштаб.

— Мы можем пройти так, — пальцем обозначая новый маршрут.

Кошкина задумалась. Будет сложно. Места там… труднопроходимые. И шестидесятиминутное ограничение в этом случае будет очень даже жестким. Зато и шанс на инструкторскую засаду тут же падает. Не до нуля, конечно. Но существенно.

— Тяжело, — обозначила свое мнение целительница.

— Идеи получше? — тут же спросила Марика, отправляя комм в ждущий режим.

— Погнали! — скомандовала вместо ответа Лена и первой рванула с тропы в «зеленку».

Бег. Казалось, что столько рвать мышцы и жилы просто невозможно. После первого дня из глаз Лены, которую до палатки буквально донесли, текли слезы, которые не было сил даже вытереть. Марика же тупо пялилась в натянутую ткань, пока грузно не завалилась набок. В таком положении она и уснула. Второй день их едва не доконал окончательно. Осознали себя обе уже в палатке поутру.

— С меня хватит, — глухо решила тогда Лена.

— Угу, — согласилась Марика, которую даже в Академии так не гоняли.

— На выход, мля! — скомандовал очередной инструктор.

Обе девушки до сих пор не могли сказать, почему именно подчинились тогда властному гласу снаружи.

Однако к вечеру они сознание в палатке уже не потеряли. У Марики хватило сил провести для Кошкиной короткий мастер-класс по самомассажу, а целительница, наконец, вспомнила о своем Даре и трясущимися руками провела восстановительную сессию сначала для «соратницы», а затем и для себя самой.

Лена закрыла глаза в попытке сосредоточиться. Сила текла сквозь неё, горячая, почти непослушная. Дар не откликался. Сейчас целительница сама себе напоминала хирурга, неуверенно сжимающего ватными трясущими пальцами скальпель. Девушка боялась ошибиться, сделать хуже. И, возможно, первые попытки были достаточно болезненные. Однако Марика терпела, не дёргалась.

— Получается, — выдохнула курсантка сквозь зубы.

Лена не ответила. Она боялась сбиться.

Вышло не ахти. Сознание плыло. И дважды девушка едва не упала в обморок. Однако стало чуточку легче. Обеим.

В следующий раз воздействие удалось куда лучше.

— Вот засранцы, — заключила Орлова на четвертый день, когда девушки впервые нашли в себе силы обсудить ситуацию.

— Решили нас так доконать, — согласилась Кошкина.

До этого момента рассуждать у нее просто не было сил.