Некоторое время понадобилось на исполнение приказа. Уж больно у общественника руки тряслись.

«Как же ты при такой низкой толерантности к риску вообще во взрослые игры полез?» — размышлял молодой человек, рассматривая хозяина кабинета, по этой Земле походившего как минимум в два с половиной раза дольше, чем он сам.

— Приказываю послать войско выбить крымского хана с Изюмского шляха, — выдал четко и размеренно Павел.

Лишь через секунду он сам осознал, что именно ляпнул. Хотя и сам понятия не имел, откуда в его голове взялись эти странные слова. Наверняка из все тех же снов, что-то на время отступали, то возвращались вновь.

Мышь и бровью не повела.

— Теперь зачеркни, — потребовал клановец.

Дорогая вычурная ручка тут же заскользила по бумаге, уничтожая странные строки.

— Теперь пиши: «Я, Кирсанов Ян Антонович, должен сделать следующее:…».

Полюбовавшись на то, как старательно хозяин кабинета выводит буквы по бумаге, Волконский продолжил:

— «Пункт номер один. Отказаться от попытки самостоятельно обдумать любые свои действия. Пункт номер два. Делать то, что говорят. Пункт три. Своевременно и в полном объеме докладывать обо всем происходящем Волконскому П. А.»…

И так по кругу. В разных вариантах эти три условия повторили друг друга раз пятнадцать.

Через двадцать минут все закончилось.

— Перечитывайте перед сном, Ян Антонович, — потребовал клановец. — И после пробуждения тоже.

Кирсанов мелко закивал, согласный вообще на все что угодно, лишь бы гости убрались подальше.

Павел задумался на миг. Уж не забыл ли чего важного?

— До свидания, — просто решил «небожитель».

Но тут же наткнулся на умоляюще-предвкушающий взгляд Мыши. Он обещал ей погром для успокоения нервов. А слово нужно держать.

— У тебя двадцать минут, — решил молодой человек, выходя в приемную.

Грохот разбитого остекления книжного шкафа догнал Волконского раньше, чем он аккуратно прикрыл за собой дверь.

Секретарша Кирсанова оказалась на месте.

«Ну и дура!» — решил Волконский. Клановец ей шанс дал. Те же мордовороты, нанятые ее патроном, выбор сделали быстрый и верный, просто свалив на все четыре. Эта же девица решила остаться. И вовсе не из трусости. Хотя страшно ей было, конечно. Скорее она просто оценила перспективы и решила, что удобнее пристроиться не удастся нигде.

«Что ж, пусть так.» — мысленно оценил парень, отчего-то все же понадеявшись, что начальника эта девица переживет, а не получится как в сказке «… и умерли они в один день!».

— Вам что-нибудь нужно? — с придыханием выдала секретарша таким тоном, что Павел только моргнул.