— Не думаю, что у него есть право спрашивать, — скинул подбородок спикер Правления.

К собеседникам шагнула Тишь.

— Втащить ему? — с милой непосредственностью предложила майор имперской безопасности, несколько раз сжав кулак в бронеперчатке.

С самого начала разговора она заняла место так, чтобы в любой миг иметь возможность простимулировать собеседника. Если понадобится, даже в печень.

От такой откровенной грубости Михаил Павлович замер. Он как-то не привык, чтобы ему угрожали попросту отмутузить посреди улицы. И уж тем более представить не мог, чтобы кто-то подобную угрозу рискнул привести в исполнение. Однако короткий взгляд на Тишь отчего-то убедил его, что и фантастика в этом мире случается.

Павел же просто пожал плечами.

— Ну нет — и суда нет, — проинформировал он, доставая комм.

Спикер следил за каждым его движением настороженным взглядом.

— Игорь Георгиевич, день добрый, — спокойно поздоровался Павел, едва ему ответили. — У меня произошла странная ситуация. Я тут решил по городу прогуляться и встретил нашего дорогого Михаила Павловича в очень странной компании. Полагаю, его нынешние действия идут вразрез с заключённым между нами соглашением. Мне самому решить вопрос? Или последнее слово скажешь ты?

Спикер Правления застыл. Это уже даже не угроза. Теперь ситуация переросла в разряд «за что боролся, на то и напоролся». После подобного инцидента ему с крючка не слезть очень долго. Хотя бы потому что, если кто-то из Правящего клана обнародует все обстоятельства последних дней, он лишится не просто должности, а любого положения в клане. Нет, конечно, Волконские от него полностью не откажутся и сор из избы выносить не будут. Но и доверия уже не вернуть. Так что минимальное содержание и полное забвение станут его пенсией. И это в случае, если молодой сопляк действительно передаст его дядьке, а не оставит разбираться с СИБ.

Несколько секунд Павел рассматривал родича, после чего пожал плечами.

— Более неинтересен, — объявил он, сделав знак бойцам Тишь.

Две пары рук тут же аккуратно запихали спикера Правления обратно в его машину и захлопнули двери. Конечно, он мог и дальше наблюдать за ситуацией и даже слышать всё происходящее. Жест был чисто символическим, зато не менее красноречивым.

Павел же, вздохнув, вновь бросил взгляд на Валентину. Она сразу поняла коллегу и ткнула пальцем в одного из фальшивых сибовцев. Парень спокойно подошёл к мужчине, чью голову крепко удерживал за волосы один из бойцов Тишь.

— Итак, красавец, — спокойно взглянул в окровавленное лицо парень.

— Я ничего не скажу, — прохрипел пленник.