Ладно, не буду ее томить. Наверняка, это она выбила для меня такие хорошие условия, оклад, даже подъемные на проезд и доплата за риск и опасные условия труда. Отпуск в ведомственных санаториях и бесплатный проезд в общественном транспорте. Какая молодец.

— Ого, мне даже молоко не будут выдавать за вредность? — спросил я и потянулся за ручкой. — Как же так? Нет, что за такие адские условия труда?

Белокрылова сначала приняла мои слова за чистую монету и вспыхнула от возмущения. Но потом увидела, что я подписываю и успокоилась. Как только я отложил ручку, она сказала:

— Все, теперь ты наш и обязан повиноваться требованиям непосредственного начальника. Которым как раз и являюсь я.

Я кивнул.

— Ну что же, приказывай, могущественная султанша. Веди в пещеру Алладина.

Мы вышли из кабинета и отправились в дальний конец коридора. Там перед дверью кабинета Белокрылова остановилась.

— Здесь находится наш агент, — пояснила она. — Он явно знает о том, что сегодня автоматчики пойдут на дело, брать сберкассу, но отказывается говорить, где это будет и во сколько. Вот что тебе требуется узнать.

Я улыбнулся и двинулся было в кабинет.

— Великие полубоги коммунизма, и ради этого вы подняли такой шум? Чего раньше не сказали?

Белокрылова округлила глаза.

— Но мы долго думали, насколько это будет соответствовать закону. И пришли к выводу, что нельзя вводить его в транс без согласия. Это ведь прямое нарушение его воли! Мы должны взять у него письменное согласие. А он отказывается его давать.

Я остановился. Никогда не думал, что милиция была такой законопослушной. Эдак они мне все дело испортят. Они что, сказали агенту, что его будут гипнотизировать?

— Подождите, зачем вы это сделали? Надо было сперва проконсультироваться со мной. Аня, вам же нужно поймать опасных преступников, убийц, вооруженных автоматом. На другой чаше весов всего-навсего какой-то шпик, крыса, которая доносит на своих приятелей, других уголовников. И вы жалете его и не хотите подвергать гипнозу против его воли?

— Мы жалеем не его, — твердо ответила Белокрылова. — А соблюдаем закон. А он, как советский гражданин, имеет полное право на защиту своих прав. Я была против, чтобы его допрашивали под гипнозом без согласия. Но Кукушкин и Хвалыгин настояли. Я вынуждена действовать на основании их прямого приказа.

Я удивленно пожал плечами.

— Ладно, что же поделать. Попробую загипнотизировать его против воли. Скажи хотя бы, давно ли он спал?

Шефиня пожала плечами.

— Не знаю, но ночью вряд ли, мы его допрашиваем уже давно.

Я опять обратил внимание на синяки под глазами Ани, возникшие от бессонной ночи.