— Понял, — кивает Аким.
— Если вдруг прижмут вас, то там отсидеться можете, — продолжает дед. — А ну ещё раз скажи координаты…
— Шестьдесят четыре, семьсот четыре, шестьдесят семь, семьсот четыре, повторил Саблин.
— Вот-вот, молодец, и запомни их, — сказал дедок. — Ну, езжайте, а я пойду пропью твой пятак, у нас рюмочная работает круглосуточно.
— Спасибо, отец, — сказал ему вслед Саблин.
— Бывайте, сынки, — старик обернулся и перекрестил их лодку.
Прапорщик сел в свою посудину и оттолкнул её от мостушки, а Вася и спрашивает у него:
— Ты ему пятак, что ли, дал?
— Угу, — отвечает Саблин.
— Старый он… Упьётся до смерти на пятак-то, — разумно рассуждает Ряжкин.
— Ну… Если будет пить без закуски, — прикидывает Аким. И тут же спрашивает: — Денис, ну что, дойдём до Горок за двое суток, если будем меняться и спать прямо тут, если останавливаться на ночь не будем?
Луч лампы находит проход среди стен растительности, лодка идёт прямо в узкий коридор из рогоза, мотор тарахтит на самых малых оборотах, и Денис поначалу не отвечает, а лишь качает головой: нет. Но потом поясняет.
— Это вряд ли… Тут глубины сначала будут небольшие. Рогоз плотный пойдёт, проток мало будет, а ряски много. А через сутки, как ближе к Оби подойдём, так ещё и омуты начнутся… Течение начнётся… Сносить на север будет… Там тоже хороших оборотов не удержать… А ночью лучше на земле быть, на твёрдой. Тем более… — тут он замолкает и снова качает головой. — Нет, за двое суток до Оби не поспеем.
— Ладно, найдём островок для ночёвки, — произносит Саблин. — Главное, чтобы выдр не было.
— Найдём, — подтверждает Калмыков. — Найдём без выдр.
«Ладно, пойдём… В болоте нам всем ночевать не впервой… Посмотрим…».
Саблин готов к длинной и тяжкой дороге, да и те казаки, что идут с ним, тоже. Он был в них уверен.
Глава 25
— Всё, больше приёма нет! Всё «живое» осталось там… — сказал Ряжкин, указав рукой на юго-восток, в сторону Ягельной. Он расположился с рацией и блоком РЭБ в середине лодки. И по-военному доложил: — Эфир чист, только радиомаяк третьей заставы. В поле видимости РЭБ электромагнитных импульсов нет.
И так как Станция пришлых теперь осталась позади, Денис сменил курс, стал брать севернее. На Горки.
Саблин вглядывался в окружавший его недружелюбный мир. Рогоз тут тёмный, весь в пыльце, растёт плотно, протоки оставляя для прохода узкие, да и в протоках вырывается из воды пучками так, что Калмыков больших оборотов не держит. Ему приходилось всё время маневрировать. Ряски тут немного, но вот тина, она везде, серая её масса лежит прямо под поверхностью воды, сантиметрах в десяти, Денису время от времени приходится резко прибавлять газа, чтобы освободить от налипавшей тины винт мотора.