— Вы меня не слышали? Я говорил, что…

— Займете у своего друга, — перебил я его. — Иначе Инфериал наведается на какую-нибудь из фабрик Мальцевых и причинит урона на куда большую сумму.

— Неразумно с вашей стороны угрожать нам.

— Неразумно с вашей стороны угрожать МНЕ, — крайне вкрадчиво произнес я. — Что вы мне сделаете? Арестуете? Ну в таком случае все узнают, что за диверсией заводов Беспалова стояли вы с Мальцевым. Как думаете, что скажет Император об этом? Назовет это государственной изменой?

Рубцову удалось сохранить лицо невозмутимым, но эмоции его выдавали.

— Двадцать тысяч, — повторил я. — Хотя нет, за пререкания сверху ещё пять тысяч. Итого двадцать пять. Ещё споры или угрозы?

Старик молчал, внимательно смотря на меня взглядом, не говорящим ничего хорошего.

— Это не настолько большая сумма для людей вашего круга, уверен, — продолжил я. — Матушкупока я оставлю на вашем попечении, но через пару месяцев, когда мы найдем ей безопасное место, я очень надеюсь, что вы без проблем её передадите. Можете позднее передать счет за её содержание, я всё оплачу. Не хочу оставаться у вас в долгу после нашего… кхм… разрыва.

Рубцов по-прежнему молчал, и если бы взглядом можно было испепелять, то я давно бы превратился в горстку пепла.

— Вы можете проигнорировать мое требование, но помяните мое слово: однажды придется платить по счетам. И тогда я стребую с троицей.

И не дожидаясь ответа, я удалился.

* * *

Поссорившись с Рубцовым я лишился одного из покровителей и тем самым стал гораздо уязвимее, чем раньше. Впрочем, я уже давно понял, что просто расходный материал и марионетка, которой управляют через ниточки. Всё. Хватит.

Три месяца назад, когда я получил его предложение о сотрудничестве, в моей голове была каша, я мало что понимал и даже толком не знал, как быть человеком. Теперь всё иначе, я освоился и могу сам принимать решения.

— Эй, ты куда прешь, кретин! — рыкнул какой-то парень, толкнув меня. — Не видишь, Его Сиятельство идет!

Я едва не плюхнулся на пятую точку от неожиданности, уж слишком углубился в собственные измышления. Отступив, я нахмурился, оглядывая… процессию. Другого слова не подбиралось. Тут было по меньшей мере два десятка парней, причем некоторые при вполне боевом оружии. И пятерка размалеванных девиц в пышных платьях, что фальшиво хохотали, слушая мужчин в белых парадных мундирах.

— Что там? — спросил один из «господ», находящийся в самом центре этой небольшой толпы, и посмотрел прямо на меня. В его взгляде вначале промелькнуло удивление, а затем… узнавание. Он повернулся направо, где чуть позади, примерно на шаг, находился один мой знакомый в сером кителе. Они перекинулись парой слов, и их главный человек, которого я заочно прекрасно знал, растянул губы в хищной улыбке.