— Репродуктивная система работает нормально. Так и запишем, — усмехнувшись, сказала она и что-то пометила в планшете.

— А? Что? — не понял я, к чему это она говорит, но стоило опустить взгляд, как всё встало на место. — О, Хлад!

Пришлось в срочном порядке переворачиваться на бок и стыдливо подтягивать ноги. Чертова физиология! Я как-то не сразу понял, что на мне нет одежды, и всё, что скрывает наготу, это тонкая простынка.

— Если вас это утешит, то это далеко не первая, и даже не десятая эрекция, которую я видела по роду службы, — доверительно сказала женщина.

— Не легче…

— Как вы себя чувствуете? — уже более серьезно поинтересовалась она.

Я ответил не сразу, вначале задумался над ощущениями.

— Неплохо. Если не считать того, что всё затекло, то просто замечательно.

— Вот как… — задумалась женщина. — Никакой тошноты, зуда на коже?

— Вроде нет.

— Жжения в груди. Например вот тут, — она продемонстрировала на себе, отчего её грудь, обтянутая кофточкой призывно колыхнулась. И как она себе такие отрастила?..

— Жжение? — хмыкнул я, пытаясь привести мысли в порядок, а это было сложнее, чем может показаться. Жжение я чувствовал, и именно в том месте, о котором она говорила, только вот с ответом я пока не торопился. Проблема была в том, что жжение шло из Сосуда Правителя. С ним точно что-то произошло… — Нет, ничего не чувствую.

Женщина немного прищурила свои зеленые глазки, затем пометила что-то в бумагах на планшете и кивнула.

— А где я вообще? — наконец спросил я.

— В лазарете. Ты помнишь, что произошло?

— Я… — я прекрасно помнил что произошло. По крайней мере до одного конкретного момента. Кретин Миша таки решил превратиться в ледяную скульптуру, а я сдуру решил ему помешать. В итоге я сражался с каким-то ледяным монстром, а потом… Ничего. — Нет, не помню… Всё как в тумане.

— Вот как… Очень жаль. С тобой много кто хочет поговорить относительно случившегося. Я скажу им, что ты очнулся, а ты пока хорошенько подумай над своими словами.

Женщина поднялась, а мне потребовалось сделать над собой неимоверное усилие, чтобы не залипнуть, пялясь на эти прекрасные холмы. Тон, впрочем, у неё был предельно серьезный, а значит после или во время схватки что-то произошло. Ещё бы понять, что именно…

Она оставила меня в одиночестве, но лежать на этом ужасном матраце больше не было сил, так что обернувшись простыней на манер греческой тоги, я поднялся на ноги и огляделся. Лазарет на первый взгляд казался пустым: просто вытянутое помещение с двумя десятками пустых коек. Но это впечатление оказалось обманчивым.