Неожиданно взгляд дроу задержался на Маэле и Зур’дахе. Вернее…на их руках. Старик подозвал их.

Друзья переглянулись и шагнули. Страха в них не было. И это явно удивило дроу.

— Вы бойцы. — констатировал он, глядя на не до конца заросшие шрамы на руках молодых гоблинов, — И вы не рабы.

На них действительно не было ни ошейников, ни других признаков рабов.

— Уже нет. — гордо ответил Маэль.

Дроу хмыкнул.

— Надолго ли. Думаете, на Поверхности вам будет лучше? — он вздохнул, — Ладно. В каких Ямах вы сражались?

— Айгура…

Лицо старого дроу перекосило от ненависти.

— Старый выблядок. — сплюнул он, — Хорошо. Идите. Надеюсь обратно вы не вернетесь. Теперь больше нет Ям. Теперь больше нет Айгура и других Изгнанников. Много чего больше теперь нет. Уж поверьте, быть рабами там вам будет легче чем тут, в Подземельях.

Зур’дах хотел сказать что они никогда не станут снова рабами, но сдержался. Мало ли как дроу отреагирует на его слова.

Старик развернулся и шагнул к своим бойцам.

Через секунду прозвучала команда разбирать завалы, и бойцы, а вместе с ними и охранники, начали освобождать проход от булыжников.

— Проезжайте, — крикнули сверху и караван наконец-то тронулся. Ящеры фыркнули и заработали лапами.

Зур’дах с Маэлем еще некоторое время провожали взглядом дроу, которые для охранников не были видны во тьме. Друзья надеялись, что дроу на их пути больше не встретятся.

Точно так же оглядывалась Нелария. Но по другой причине: она боялась что дроу просто нарушат слово и перестреляют караван. Потому что сдерживало их только их же слово.

Когда прошел час-другой, и на них никто не напал, Нелария наконец с облегчением выдохнула.Не было никаких тварей. Вообще. Словно дроу просто зачистили все окрестные тоннели от малейшей опасности. Продолжился путь без приключений. Просто дорога вперед. Причем довольно расчищенная.

Зур’дах ощущал, что цель, — Поверхность, — близка. Тоннель плавно поднимался вверх, тьма становилась еще слабее, а люди-охранники как-то инстинктивно приободрились, чувствуя, что скоро выйдут наружу.

Это заставило и Зур’даха всё больше думать о Поверхности. Знал, что она есть, и что там есть люди, но больше он ничего не знал. Разве что кроме тех воспоминаний из жизни человеческого ребенка, который видел и небо и зелень Поверхности. Цель была близка, и в это как-то не верилось. Столько лет они блуждали и выживали, то приближаясь, то отдаляясь от цели. И вот… Осталось всего ничего — и они выберутся из этих проклятых, но родных Подземелий. Даже не верилось.

Почему-то Зур’даху внезапно вспомнился Драмар. Старик, который вел их компанию детей в старое поселение и чем это обернулось.