Передвигались они не спеша, проверяя все участки тоннеля на наличие опасных тварей. Если ночевали, то не в основном тоннеле, а всегда в небольшом ответвлении или пещерке. Спали уже привычно по очереди.

Бредя по этому огромному и бесконечному проходу они понимали — сзади остаются тысячи нор, пещерок и тоннельчиков, из которых может вылезти какая-нибудь тварь и атаковать в спину, хотя особо крупной она быть не могла.

Правда, скоро тоннель начинал меняться. Те самые дыры в стенах, крошечные пещерки, выемки начинали исчезать. Ну а те, что оставались… Большая часть из них стали такими маленькими, что ни Зур’дах, ни Маэль пролезть в них уже бы и не смогли.

И это их напрягло: в случае чего — бежать-то и некуда, негде укрыться, как они привыкли. Вот только разворачиваться было уже поздно.

Но больше всего беспокоила Зур’даха Тьма. Она стала еще слабее. Ощутимо слабее. На одно только копье нужно было собирать Тьму не менее часа. Его оружием теперь были только иглы разных размеров. Это было единственное, что он мог создать очень быстро. На всё остальное требовалось слишком много времени.

* * *

Примерно на второй месяц пути по этому бесконечному тоннелю Зур’дах ощутил давно забытое ощущение…и застыл.

— Что такое? — обернулся Маэль, — Чего встал? Для отдыха рановато.

Внутри, в руках и ногах, возникало знакомое ощущение. Неприятное ощущение. Ощущение тревоги. Тьма в костях, Чернопрядец, словно зашевелился, но лишь на мгновение. Кости буквально зачесались.

— Драуки… — выдохнул Зур’дах.

— А? Точно?

— Точно! Где-то рядом драуки. Пока ощущение не близкое, но они точно где-то…есть. Точно!

— Дерьмо! — воскликнул Маэль.

Хоть пока драуки ощущались не близко, но с каждым мгновением это менялось. Зуд в костях усиливался.

Через пару секунд они оба кинулись искать достаточно узкий тоннель, чтобы увильнуть из широкого прохода и чтобы туда точно не пролез драук. Сзади подобных не было — они бы их точно заприметили, оставался шанс, что подобные норы попадутся впереди.

Увы, будто назло, в этой части тоннеля все они были либо завалены, либо оказались слишком узкими, чтобы почти взрослые гоблины в них пролезли. Возможно, будь они теми гоблинятами шести-семи лет, в некоторые тоннели они бы и умудрились пролезть, но никак не сейчас, когда они стали намного крупнее и мускулистее.

Они продолжали двигаться перебежками вдоль правой стены, одновременно поглядывая на вторую сторону. Вот только рассмотреть за двести шагов, сквозь сталактиты и наросты что-то там было сложновато.

— Надо разделится! Ты правую сторону прочесываешь, а я левую. — предложил Маэль.