Он ухмыльнулся. Это он будет Поглощать, а не его.

Молодой гоблин позволил субстанции войти внутрь не сопротивляясь. Едва она оказалась целиком внутри, и кристалл окончательно опустел, он его выплюнул и только тогда, стиснув зубы, сел. В глазах плясали вспышки боли. Тварь, а иначе субстанцию бы Зур’дах не назвал, медленно расползалась по телу, словно расправляла свои мерзкие паучьи лапы. Тело стало невероятно тяжелым, и даже просто пошевелиться стало трудно.

Зур’дах рухнул на пол, словно придавленный огромным булыжником. Но на губах его играла улыбка. В этот раз он ощутил, какой объем Крови в него вливался и это его радовало.

К нему рванул Маэль.

— Всё…но…норм…мально…

Сейчас я тебе покажу, тварь!

Пару секунд паучья субстанция пыталась понять, где она оказалась и что ей делать, а потом… Потом она ощутила, что не одна, что внутри уже кто-то есть. Та частица Чернопрядца, носящая имя Прожоры и слившаяся с костями Зур’даха радостно выплеснула Тьму в Кровь. Потому что Кровь из кристалла была враждебной. В этой, новой крови, Зур’дах узнавал частицы Праматери, ее суть, ее дух — он был во многих видах пауков.

Злая и агрессивная паучья кровь тут же начала его атаковать, почувствовав угрозу.

Зур’дах же просто лежал с открытыми глазами и смотрел пустым взглядом в своды пещеры. Всё его внимание, сознание было внутри — там, где происходила сейчас борьба.

Паучиха, вернее ее животное безмозглое подобие, пыталась атаковать его Кровь и поглотить ее. Процесс происходил подобным образом впервые. Маленькие ядра поглощались сами собой, а самое первое ядро он поглощал вообще иначе. Тут же была чистая борьба Воли и Крови.

Удары паучихи были болезненны, но гоблин ждал, пока она потратит больше сил. От одного из таких ударов он даже вскрикнул. Тело выгнуло дугой от боли. Хоть Чернопрядец выплеснул Тьму, Зур’дах не спешил ей пользоваться. Рано.

Давай-давай… Покажи сначала, что можешь!

Паучиха внутри злобно оскалилась и продолжила распространяться по всему телу, думая, что легко захватит его. Чужеродная Кровь добиралась до самых кончиков пальцев. Однако тварь не понимала, что чем больше она распространяется по чужому организму — тем слабее становится. Тем жиже становится субстанция, ее содержащая. Ее сила была в плотности, в концентрированном сгустке, которым она была.

Зур’дах этого и ждал. Удивительно, но как действовать, чтобы поглотить эту тварь он понимал интуитивно.

Пора. Получай, сука!

Через секунду уже его Кровь стала огненной лавой, бегущей по венам. Настолько быстро он начинал ее обращать. Кроме того, Тьма в его крови начала бешено жрать частицы чужой крови. По чуть-чуть. Незаметно. Но везде, одновременно. По всему телу.