Но в целом, не считая парочки потерянных охранников, караван более-менее справлялся с монстрами и двигался довольно бодро. Но сами бойцы, — а Зур’дах присматривался к ним, — что по скорости, что по силе, проиграли бы даже слабому бойцу в Ямах.

— Как они вообще выживали тут? — тихо удивился Маэль, глядя на очередную мелкую стычку.

— Чудом, — ответил Зур’дах.

Потому что как такой многочисленный и одновременно слабый отряд выживал в Подземелье — действительно было для него загадкой. Любая мощная тварь сожрала бы его полностью.

— Думаю, тут без дроу не обошлось, — через время сказал Маэль. — Ну и они явно вглубь Ярусов не забирались.

За две недели, во время которых они незримо сопровождали караван, они наконец поняли, кого перевозили внутри — рабов. И большая их часть были женщины-рабы разных рас: гноллих, гоблинш, мутанток, полукровок, даже была женщина дроу, и она, так же, как и остальные рабыни, была в оковах и ошейнике. Гоблины самцы, как и гнолли, тоже были — их содержали более сурово. Вырваться они не смогли бы при всём желании.

В этом плане дроу так сильно не заморачивались содержа своих рабов, и Зур’дах понимал почему: дроу могли всё держать под контролем благодаря тьме. Но эти охранники вряд ли бы удержали десяток мощных и сильных гноллей, вырвись они на волю. Отсюда вытекал и ответ на вопрос, откуда едут люди и куда: очевидно, они купили рабов у дроу — больше было просто не у кого. Еще удивительнее было то, что этим караваном командовала женщина, внешностью напоминающая чем-то дроу, но не чистую дроу, а полукровку — потому что в ее внешности неуловимо мелькали гоблинские черты.

— Надеюсь, они едут на Поверхность, иначе мы теряем время, следуя за ними. — заметил Зур’дах, продолжая наблюдать за караваном, который скрылся за очередным поворотом тоннеля, который теперь перестал быть ровным.

Внутренние ощущение Тьмы Зур’даха говорило о том, что они плавно, но верно поднимаются наверх.

У гоблина не раз возникали шальные мысли о том, чтобы освободить всех этих рабов — особенно когда он видел, как их выводят сходить по нужде и заводят обратно. Вот только он лучше других знал — никто из этих рабов не выживет тут, в Подземелье. Никто. Без защиты все они просто умрут. Без малейших шансов. Освобождать их — значит обрекать на гибель. А вести их некуда. Собственно, у Маэля возникали похожие мысли, которыми он делился с другом. И оба понимали, что это невозможно. Они не собирались показываться каравану, и как-то с ним взаимодействовать.

Однако, вмешалась случайность. Хотя, скорее, закономерность. Потому что в подземелье, рано или поздно, такое должно было произойти. На караван напали мощные твари. Мутировавшие волки. И с такой охраной уже через пару минут боя оказалось, что они попросту не справляются.